Работа спорилась. Я закончил пьесу в три месяца и первый, кому ее прочитал, был Владимир Евгеньевич Вольф, художественный руководитель Ленинградского Красного театра. Он остался доволен, похвалил меня и сказал, что будет режиссировать лично:
— Дайте нам право первой постановки, после чего везите ваше сочинение в столицу.
Что я и сделал. Встретился с Юрой, рассказал ему о цели моего приезда в Москву (в те годы я еще жил в Ленинграде, писал киносценарии для «Ленфильма», как говорил об этом выше) и предложил прочитать пьесу. Мое чтение Завадский не любил. У него были на то причины:
— У тебя, Оня, никогда не поймешь, что фактически написано, а что еще нет. Читаешь ты так, будто играешь за всех на сцене, прибавляя по настроению половину текста. А когда я, после твоего ухода, перечитываю тобой написанное, — нет ничего похожего на то, что мы слышали!.. Всеволод Вишневский — тоже такой: наверное, ты от него и заразился! Оставь мне рукопись, я прочту ее сам.
Естественно, я с трепетом ждал результата. На следующий день Юра позвонил мне в гостиницу:
— Пойдет. Я предложил Владимиру Евгеньевичу Месхетели. Если она ему понравится, то буду ставить эту твою железнодорожную историю у него в Центральном Театре Красной Армии: он там начальник.
Я никак не отреагировал на подковырку — «железнодорожную историю», тут было не до полемики и перебранки. Передо мной открывался путь театрального драматурга. И к пятнадцатилетию Советской власти 7 ноября 1932 года в Москве состоялась премьера «Мстислава».