А как интересно актеры в спектакле играли, вызывая бурную реакцию молодых зрителей (пьеса часто шла в утренние часы), юных Асю, Нюсю и, конечно, Леню. Упомянутые три персонажа — те, на кого может рассчитывать Лукин в будущем, когда наступит наконец такое желанное мирное время. Но Ася не доживет до этих счастливых дней!..
Разбирать все роли, поразительные образы, воссозданные Поповым в этом спектакле, — дело театроведов. Вот почему этот раздел я заканчиваю. Хочу только отметить еще одну черту характера Алексея Дмитриевича. Он никогда не навязывал своего мнения моим коллегам, тем, кто приносил ему пьесы, ибо отлично понимал, что у каждого из нас — индивидуальный метод изложения материала, свой взгляд, своя фразеология. И считал сие вполне естественным, а потому стремился сохранить в спектакле авторское своеобразие… Но уж тем, кого он — как педагог — обязан был «вывести в люди» — им передавал все, накопленное годами, и вдобавок еще — свое сердце! Когда А. Д. чувствовал, что его слова убедили, что все им предложенное принимается полностью, тогда он словно загорался, требуя от своих учеников тончайшей реализации им указанного.
У меня сложилось впечатление, что в те давние времена всё мои настоящие друзья переселились в «Дом Вахтангова» на улице Щукина. Туда въехали и Олег Леонидов — мой учитель сценарного дела, и его жена, знаменитая в прошлом актриса — Маргарита Ивановна Ртищева (здание ее театрика пока сохранилось: это второй дом направо по набережной Москвы-реки, — перед Большим Каменным мостом), Антокольские, Симоновы, Поповы. Все они дружили семьями, помогали друг другу советом и всем возможным. А ведь послевоенное время было особенно тяжелым, страшным: «карающая рука великого Сталина» не щадила никого. Друзья и соратники исчезали один за другим… Неожиданно скончался Олег Леонидов. Когда я спросил у Алексея Дмитриевича, каковы причины этой странной смерти, он ответил: