Анатолий Васильевич Луначарский был грандиозным эрудитом! Мог говорить по любому поводу с одинаковым знанием предмета.
Как-то в здании Малого театра — в основном зрительном зале — собрались замечательные ребята — слушатели Свердловского университета. Это были парни экстра-класса! Комсомольцы первых лет революции. Они были символом революции! Никому из них не пришло бы в голову надеть галстук. Они знали произведения Ленина от первой строчки до последней и могли перечислить их в направлении от первого тома к тридцатому и в обратном порядке.
Анатолий Васильевич Луначарский читал им лекцию по этике и эстетике Ленина. Я сидел в левой ложе и с открытым ртом слушал эту музыку — его! Когда Луначарский говорил, в ушах звучала музыка!
Он процитировал Ленина, и вдруг из второго ряда вскакивает парень в кепке и говорит:
— Анатолий Васильевич! Вы ошиблись!
Луначарский, по своей привычке, снял пенсне, посмотрел в зал и сказал:
— Что-что?
— Вы ошиблись, товарищ Луначарский! Ленин этого не говорил! — выкрикнул парень в кепке.
Луначарский надел пенсне и спокойно ответил:
— Вам не говорил, молодой человек. Мне он это говорил.
Запомнился другой случай, когда Ирочке исполнилось, по-моему, пять лет. Собрались дети. На дне рождения дочери присутствовал Анатолий Васильевич. И в это время он вспомнил, что у него лекция в клубе Зуева. Причем лекция ответственная: предстоит выступать перед московской пожарной командой, в связи с ее 125-летием.