— Я удивляюсь! Говорят, что у вас — у́рок — есть честь?! Я с вами — на равных — играю на бильярде, а у меня сперли ковер?!
Произошло некоторое замешательство:
— Иосиф Леонидович! Этого не может быть! Это не наши! Сделал нехорошее дело кто-то из приезжих!
— Я не знаю, приезжий или местный, но факт остается фактом! Причем любимый ковер деда, а я не хочу его расстраивать! В общем, ребята, как хотите, но ковер чтобы мне вернули!
— Вы дайте нам сутки. Завтра, конечно, мы найдем ваш ковер. Только опишите его.
Я описал ковер, как мог. Меня внимательно слушали, запоминая. И сказали:
— Если сделал такое кто-то из наших, чтобы не смущать человека, условимся: он позвонит три раза, а вы сразу не открывайте! Ковер будет на пороге.
И что вы думаете?! На следующий день после завтрака раздалось три звонка. Дед говорит:
— Ну, я сейчас набью морду!
— Не выходи, дедушка! Я обещал, что не будем трогать. Подожди!
Мы подождали несколько минут. Я открыл парадную дверь: лежал ковер. Конечно, не наш… но лежал.
Вот какие были люди!
Как я сказал, город — богатый. Но что значит «богатый»? Конечно, много было и бедных людей. Однако имелись просто богачи! Самым богатым в Ростове и Нахичевани (хотя эти два города по-разному назывались, они, фактически, составляли единое целое. Границей являлся пустырь. На нем впоследствии построили Ростовский драматический театр) — самым богатым человеком в этих двух городах являлся грек по фамилии Кундури. Он был холост. Банкам не доверял. Деньги хранил — берег — дома в огромном сундуке. Нажималась кнопка, автоматически поднималась крышка, и звучала мелодия: «Пой, ласточка, пой…»