– Тебе всегда такСильно хочется умереть?
28 июня 2007 года
Крестик
Меня любят толстые юноши около сорока,У которых пуста постель и весьма тяжела рука,Или бледные мальчики от тридцати пяти,Заплутавшие, издержавшиеся в пути:Бывшие жёны глядят у них с безымянных,на шеях у них висят.Ну или вовсе смешные дядьки под пятьдесят.
Я люблю парня, которому двадцать,максимум двадцать три.Наглеца у него снаружи и сладкая мгла внутри;Он не успел огрести той женщины,что читалась бы по руке,И никто не висит у него на шее, ну кроме крестика на шнурке.Этот крестик мне бьётся в скулу, когда он сверху,и мелко крутится на лету.Он смеётся и зажимает его во рту.
8 июля 2007 года
Одесса
На пляже «Ривьера» лежак стоит сорок гривен.У солнышка взгляд спокоен и неотрывен,Как у судмедэксперта или заезжего ревизора.Девушки вдоль по берегу ходят топлесс,Иногда прикрывая руками область,Наиболее лакомую для взора.Я лежу кверху брюхом, хриплая, как Тортила.Девочки пляшут, бегают, брызгаются водою —Я прикрываю айпод ладонью,Чтоб его не закоротило.Аквалангисты похожи на сгустки нефти – комбинезон-тоЧёрен; дядька сидит на пирсе с лицом индейскогоистукана.Я тяну ледяной мохито прозрачной трубочкой из стаканаИ щурюсь, чтобы мальчишки не застили горизонта.Чайки летят почему-то клином и медленнорастворяются в облаках.Ночью мне снится, что ты идёшь из воды на сушуИ выносишь мне мою рыбью душу,Словно мёртвую женщину, на руках.
10 июля 2007 года
«И тут он приваливается к оградке, грудь ходуном…»
И тут он приваливается к оградке, грудь ходуном.Ему кажется, что весь мир стоит кверху дном,А он, растопырив руки, упёрся в стенки.Он небрит, свитерок надет задом наперёд,И уже ни одно бухло его не бёрет,Хотя на коньяк он тратит большие деньги.
Он стоит, и вокруг него площадь крутится, как волчок.В голове вертолётик, в кабиночке дурачокМесит мозги огромными лопастями.«Вот где, значит, Господь накрыл меня колпаком,Где-то, кажется, я читал уже о таком».И горячий ком встаёт между челюстями.
«Вот как, значит, оно, башка гудит как чугун.Квартирный хозяин жлоб, а начальник лгун,Хвалит, хвалит, а самого зажимает адски;У меня есть кот, он болеет ушным клещом,А ещё я холост и некрёщен.Как-то всё кончается по-дурацки.
Не поговорили с тех пор, отец на меня сердит.А ещё я выплачиваю кредит,А ещё племянник, теперь мне вровень».И тут площадь, щелчком, вращаться перестаёт.Дурачина глушит свой вертолёт.И когда под лёгкими сходит лёд —Он немногодажеразочарован.
18 июля 2007 года
Простая история
Хвалю тебя, говорит, родная, за быстрый ум и весёлыйнрав.За то, что ни разу не помянула, где был неправ.За то, что все люди груз, а ты антиграв.Что Бог живёт в тебе, и пускай пребывает здрав.
Хвалю, говорит, что не прибегаешь к бабьему шантажу,За то, что поддержишь все, что ни предложу,Что вся словно по заказу, по чертежу,И даже сейчас не ревёшь белугой, что ухожу.
К такой, знаешь, тетё, всё лохмы белые по плечам.К её, стало быть, пельменям да куличам.Ворчит, ага, придирается к мелочам,Ну хоть не кропает стишки дурацкие по ночам.
Я, говорит, устал до тебя расти из последних жил.Ты чемодан с деньгами – и страшно рад, и не заслужил.Вроде твоё, а всё хочешь зарыть, закутать, запрятать вмох.Такое бывает счастье, что знай ищи, где же тут подвох.
А то ведь ушла бы первой, а я б не выдержал, если так.Уж лучше ты будешь светлый образ, а я мудак.Таких же ведь нету, твой механизм мне непостижим.А пока, говорит, еще по одной покуримИ так тихонечко полежим.
21–22 июля 2007 года
Поплакаться
Что же ты, Вера, водишься с несогретыми,Носишь их майки, пахнешь их сигаретами,Чувствуешь их под кожей зимой и летом – иКаждый памятный перелом.
Что же ты всё на черные дыры заришься,На трясины, пустоши да пожарища,Там тебе самой-то себя не жаль ещё,Или, может быть, поделом?
Всей и любви, что пятьсот одна ветряная мельница,И рубиться, и очень верить, что всё изменится;Настоящие девочки уезжают в свои именьицаИ не думают ни о ком.
И читают тебя, и ты дьявольски развлекаешь их.Юбка в мелкую сборку, папеньки в управляющих,И не надо пить болеутоляющихС тёплым утренним молоком.