Что-то почувствовав, Натсэ сжала мне руку. Я откашлялся и отвернулся от счастливой пары.
— А насчёт армии… — начал я.
— Её нет, — перебил меня Гиптиус. — Они все погибли, когда погиб дракон.
Его слова встретили восторженными криками. Логоамар вопил, что нельзя, увы, закатить два пира в один день. Сиек-тян поцеловала героя в щёку.
Я повернулся к Натсэ. Грустно улыбнувшись, она покачала головой.
Глава 33
— Смотри. Мы можем найти какого-нибудь хорошего человека, которому полностью доверяем. Я перепишу тебя на него, ты перестанешь быть моей рабыней, но останешься женой. Что скажешь?
Натсэ смотрела на меня с кислым видом. Дело было не только в моём предложении. Попытки ровно подрубить платье мечом затянули её в бездну перфекционизма, и теперь платье заканчивалось чуть выше колен, хотя до знакомства с мечом волочилось по полу. Мы не были уверены, насколько это прилично, но и взять другое платье, отвергнув дар дочери главы клана, было бы некрасиво. Сейчас мы плыли в акульей карете навстречу судьбе.
— Ну и кого бы ты выбрал? — поинтересовалась Натсэ.
— Авеллу, — брякнул я, не раздумывая.
— Блеск. Отдать жену в рабство девушке, которая в тебя по уши влюблена. Давай, может, для начала побьём её, руки, там, сломаем? Ну, знаешь — чтобы подготовить.
Я опустил голову. Да уж, слишком много переменных в уравнении…
— Морт, почему ты не можешь просто успокоиться? — Натсэ наклонилась вперёд и коснулась моей руки. — Ты слишком много думаешь о других, а о себе — почти никогда. Хватит меня спасать. Я уже была сильной и самостоятельной, это привело меня в рабство, и только здесь я нашла что-то, до боли напоминающее счастье. А ты изо всех сил стараешься это испортить. Я знаю, что намерения у тебя самые благородные, но сути это не меняет.
— Видишь?! — с горечью произнёс я. — Неделю назад ты злилась, что, став моей женой, чувствуешь себя несамостоятельной.
— Люди меняют свои воззрения.
— Но ты изменилась не сама! Я убиваю твою личность. Скоро ты станешь самой обычной цундере, вышедшей замуж за главного героя, и третий сезон превратится в комедию положений, напичканную фансервисом так, что досмотрят это только самые отмороженные фаны! Вот почему во всех нормальных тайтлах герои в конце последнего сезона только в первый раз целуются.
Натсэ моргнула.
— Ты… сам-то понял, что сказал?
— Меня больше интересует, как я это сказал, — тоже озадачился я. — Когда я только сюда попал, не мог даже имя своё толком выговорить.
На помощь пришёл интерфейс:
Произошла адаптация языкового сознания к лингвистической базе. Неактуальные слова из исходной базы теперь доступны.
— Имя? — заинтересовалась Натсэ. — У тебя было другое? Скажи!
Я попытался, но не смог выдавить ни звука.
— Никак, — развёл я руками. — Видимо, эта ячейка полностью перезаписалась.
Акулы остановились. Кучер — водный маг на службе у Логоамара — подплыл к двери и распахнул её.
— Дворец, — улыбнулся он. — Желаю хорошо провести время.
Пиршественный зал был полон трезвого народа. Столы пока стояли у стен, ждали своего часа. Красиво разодетые люди громко разговаривали и смеялись. Небольшой оркестр в углу тихонько наигрывал незатейливую мелодию.
Появление Натсэ произвело небольшой фурор. Все собравшиеся дамы носили волочащиеся по полу платья и с осуждением глядели на голые коленки Натсэ. Мужчины тоже глядели, но, в основной своей массе, без осуждения. Ну хоть не заорали «Вон отсюда!» — и то хлеб. А вообще, несмотря на склонность к выпивке, водные маги вели себя более целомудренно, чем остальные стихийники. В академии девушки тоже носили длинные форменные юбки.
Мы шли через расступающуюся толпу к серебряной чаше с водой, установленной на каменном возвышении у дальней стены зала. Как-то так само собой получалось. Люди расступались, образовывая коридор, мы шли по этому коридору, не зная, куда ещё приткнуться.
Вдруг кто-то вырвался вперёд, растолкав толпу, схватил меня за руку и куда-то поволок. Я узнал Гиптиуса. Он уже не сутулился и был в тёмно-зелёном, как бутылка шампанского, пиджаке.
— Ты ещё и церемонию за меня пройдёшь? — прошипел он, когда мы оказались в относительно безлюдном углу зала.
Натсэ, услышав агрессию, нервно повела плечами. Меч остался в комнате, Сиек-тян передала, что тут не поймут такого недоверия.