Мертвец, глазами которого мы смотрели, стремительно плыл к Натсэ. Она отступила вглубь комнаты, держа меч перед собой. Но что толку от этого меча, когда её испепелят за одно мгновение…
Выбора не оставалось. Я отвернулся от экрана, встав лицом к стене. Отодвинулся, сколько мог, и поднял меч.
— Эй, Райхерт! Ну иди смотреть.
— Что? — заорал он, и я услышал шаги. — Стой! Стой, ничтожество, ты можешь погибнуть!
— Хочешь, чтобы я остановился?
Меч дрожал у меня в руке, но я знал, что готов, что удар не займёт и мгновения. Никакое заклинание его не опередит.
— Да! — заклокотал Райхерт.
— Тогда скажи стоп-слово.
— Что? Какое слово?!
— Скажи: «Люк, я твой отец!»
Закрыв глаза, я представил Натсэ, объятую огнём, и, не раздумывая опустил меч.
Хруст кости и мой крик раздались одновременно. Боль? Я ничего не знал о боли до этого мига. Каким образом я остался жив и в сознании? Не знаю…
Я открыл глаза. Распахнул их так широко, как только мог. Но опустить взгляд побоялся. Не решился посмотреть ни на свою кисть, застрявшую в стене, ни на оставшийся на её месте обрубок. Я чувствовал, что кровь хлещет оттуда, чувствовал, что жизнь покидает меня.
— Исцеление, — шепнули мои губы, будто чужие.
Огненное облако разлетелось от меня. Боль осталась, но кровь течь прекратила. Культю неимоверно жгло. Я повернулся к Райхерту. Половина его лица выглядела обеспокоенной, он подходил ко мне, опустив меч. Протянул руку…
— Поглощение, — брякнул я наугад и выбросил свой обрубок ему навстречу.
— Нет! — воскликнул Райхерт и попытался отшатнуться.
Поздно.
Моя обрубленная рука и его — целая — соприкоснулись. Заклинание сработало, и в меня хлынул Огонь. Так же, как пламя дракона, только меньше, слабее.
Пару секунд Райхерт дёргался. Потом жизнь покинула его. Подобие жизни. Труп иссох, пропали остатки плоти, и мне под ноги упала кучка обугленных костей.
Заклинания Райхерта перестали действовать. Исчез экран над свечой, стена вернулась к обычной форме. Я услышал, как сзади что-то шлёпнулось, и подавил приступ дурноты. Не оглядываться. Всё, что сзади, — прошлое и мёртвое. Нужно спасти живых!
Я подбежал к свече, всё ещё держа в правой руке меч. Пальцы так крепко стискивали рукоятку, что я сомневался, смогу ли когда-нибудь их разжать.
— Поглощение! — крикнул я, сунув обугленную культю в огонёк свечи.
Я опять почувствовал себя мыльным пузырём, который надулся так сильно, что вот-вот его разорвёт. Но через несколько секунд это ощущение улеглось. Я опустил культю и посмотрел на пустой пьедестал. Свеча исчезла. Вместе с золотым подсвечником.
Магический ресурс: 3000. Допустимое перенасыщение. Опасности для жизни нет.
Я глубоко вдохнул, несмотря на боль. Ну вот и всё. Теперь осталось лишь надеяться, что Натсэ сможет зарубить мертвеца, лишённого магических сил. Я вызвал список своего имущества и целую минуту вглядывался в строчку:
Раб-телохранитель Натсэ.
Строчка не исчезала.
— Умница, — шепнул я. — Умница моя. Скоро всё закончится, ты только дождись.
На дрожащих ногах я заковылял к выходу. Убрал в Хранилище меч.
— Исцеление, — буркнул на ходу. — Исцеление! Исцеление!
Три огненных облака подряд. Я начал дышать свободно, изо рта исчез металлический вкус крови. Кажется, ребро каким-то образом встало на место. Рука вот только новая не выросла. Бросив взгляд на почерневшую культю, я затрясся, на глаза опять навернулись слёзы.
— Нет! — прошептал я. — Рано, рано!
И, вновь направив ресурс в силу и скорость, я побежал вверх по ступеням, а когда они закончились — бросился в воду и поплыл, кренясь на один бок, стискивая зубы от боли и напряжения, но не останавливаясь. Впереди ещё ждала битва.
Глава 43
Согласно моей внутренней карте, я преодолел где-то треть пути до академии, когда случилось нечто совсем уже из ряда вон.
Я не мог думать ни о чём, кроме движения. Ресурс таял, своих сил уже практически не было. Краешком сознания я отмечал, что вокруг становится светлее. Над морем поднималось солнце. Ещё одно движение, ещё, ещё…
Раб-телохранитель Натсэ.
Жива. Держись там. Прошу тебя, держись, не лезь в битву!
Вдруг какая-то сила потянула меня вверх. Я забарахтался, завертел головой. Мертвецы? Русалки?!
Но нет, вокруг меня не было никого, и, тем не менее, я как будто всплывал. Это в мои планы не входило, и я начал загребать вниз, уходя на глубину. Гребок, ещё один, и вдруг правая рука зачерпнула воздух.