Помолчав, Тарлинис выбил трубку и добавил:
— Когда-то мы с Акади исполнили нечто подобное. Жаль, что я часто забываю это чувство.
Я молчал. Во-первых, мне хотелось помолчать, а во-вторых, я все равно не знал, что говорить. Было еще и в-третьих. Я случайно посмотрел вверх и влево и увидел на лоджии второго этажа беседующую пару. Да, было темно, но, как говорят, зорко одно лишь сердце. Там стояли Натсэ и Искар.
Тарлинис направился к выходу в зал, но задержался. Смерил меня взглядом через пенсне и сказал:
— Я не знаю, как к вам относиться, сэр Мортегар. Честно, от всей души — не знаю. Мне, кажется, было бы проще смириться, если бы вы были самым обыкновенным безродным и женились на моей дочери. Тогда я бы спокойно вас ненавидел. Но пока не определюсь, я бы предпочел не относиться к вам никак. Надеюсь на понимание.
И он ушел. Дверь открылась и закрылась. На миг стала громче слышна музыка, и вновь приглохла. Я еще раз посмотрел влево. Пара стояла. Я опустил взгляд вниз, на цветочные клумбы…
Чья-то длинная рука медленно, почти нежно обхватила меня, прижав руки к туловищу. Не успел я дернуться, как горла коснулось лезвие ножа, острого, как бритва.
— Спокойнее, сэр Мортегар, — произнес тихий, ласковый мужской голос. — Вы не успели бы ничего сделать, даже если бы были магом десятого ранга. Просто слушайте, а когда я попрошу — отвечайте. Коротко и внятно. И никто из нас не останется разочарованным встречей. Как вам такое предложение?
Глава 17
— Что вам нужно? — спросил я сдавленным шепотом, боясь лишний раз пошевелить кадыком. — Денег? У меня есть…
— Оставьте ваши деньги при себе, они меня не интересуют. — Мой собеседник, судя по голосу, поморщился. — Если только… Если вы хотите нанять меня, тогда мы встретимся с вами ещё раз и обсудим цену и сроки.
— Н-н-нанять? — заикаясь, переспросил я.
Ножом мне угрожали не в первый раз. Был один случай в школе, с пацаном из параллельного класса, когда я отказался таскать ему деньги. Но там даже я чувствовал, что парень ничего не сделает, просто захотел попредставляться. Сейчас же дело было другое. Я попал в лапы к самой смерти и даже не сомневался, что он легко, одним движением перережет мне глотку до кости, а через минуту возьмет бокал вина и забудет о моем существовании навсегда.
— Ну да, нанять. — В голосе человека зазвучал азарт. — Есть ведь люди, которые вам мешают. Задаток, контракт. Несколько звонких монет и росчерк пера — больше вам ничего не придется делать, а жизнь станет гораздо легче. Как насчет ментора Герлима? Это будет недорого. Или господин Тарлинис. Он рыцарь в отставке, с ним может получиться непросто, тут придется раскошелиться. Господин Искар?
Он сделал какое-то едва заметное движение ножом, и я рефлекторно дернул головой. Вновь увидел лоджию, на которой продолжали беседовать две фигуры.
— Здесь он уязвимее, чем на Материке, но все равно его защищает множество рун и заклинаний. Закажете прямо сейчас — четыре тысячи золотых. Когда он вернется к себе, цена резко возрастет.
Мне как-то внезапно захотелось в туалет. Однако я понимал, что это не тот случай, когда можно поднять руку и попроситься выйти, потому терпел. Всё выпитое, что шумело в голове, улеглось, оставив щемящую пустоту и ужас.
— Вы из Ордена Убийц…
— Вас это смущает?
— Не больше, чем нож.
— О, нож… — Убийца усмехнулся. — Нож — это просто инструмент ведения успешных переговоров. Когда человек осознаёт, что балансирует на тонкой грани между жизнью и смертью, он принимает правильные решения, потому что думает только о главном, о том, что ценит превыше всего. Я бы мог сейчас предоставить вам выбор, кто умрет этой ночью: вы, или Натсэ. И мы оба знаем, что вы ответили бы.
— Да ну? — Я почувствовал, что у меня напряглись мышцы рук, внутри что-то заклокотало. — Точно знаете?
— Точно, сэр Мортегар. Вы свою жизнь ни во что не ставите, когда на другой чаше весов — жизнь прекрасной дамы. Настоящий рыцарь, похвально. Но иногда рыцари начинают создавать проблемы. И вот мы постепенно переходим к цели моего визита.
Лезвие начало путешествовать по моему горлу вверх-вниз, как будто меня пытались побрить опасной бритвой. Я закрыл глаза и стиснул зубы. Приходилось напоминать себе, что нужно дышать.
— Некоторое время назад вы удачно прикупили рабыню. И той же ночью отправились с ней в дом Герлима, где положили с полсотни охранников и сына уважаемого ментора. Оставили живого свидетеля. Нашалили с Огнем. И вот по городу идут слухи.