-А ты куда шёл? – спрашиваю я, меняя тему, - не торопишься?
-Для тебя нет. У меня занятие с учеником.
-Я думала, ты уже с работы, - говорю я, любуясь тающими снежинками на его кудрях.
-Она у меня бывает в разное время, - начинает Валентин, но не успевает ничего добавить, как к нам подъезжает мерседес, из которого выходит настороженно разглядывающий нас Матвей. Он кивает скрипачу, целует меня и предлагает:
-Познакомишь?
Смущаясь, я представляю их друг другу. Матвей протягивает руку, Валентин неохотно её пожимает. Пару секунд мы молчим, затем Соболев говорит, открывая передо мной дверь машины
-Рад знакомству, но мы уже должны ехать.
-Я тоже тороплюсь, - отвечает Бельский.
Я прощаюсь с Валентином и сажусь в машину. Матвей закрывает за мной дверцу, улыбаясь, кивает новому знакомому и садится на свое место.
-Я было подумал, что стоило мне на пару минут опоздать, как ты уже нашла мне замену, - шутит Матвей.
-Что ты, - отвечаю я, - это просто брат моей подруги.
-Мне показалось, ты не хотела нас знакомить, - продолжает Матвей, заводя машину.
-Верно, - признаюсь я, - Валентин был моей первой любовью. Недавно он вернулся из армии и с тех пор несколько раз пытался возобновить отношения, хотя я ему говорила, что у меня есть ты. Надеюсь, теперь он успокоится.
-Я тоже на это надеюсь, - говорит Соболев, - а если нет, скажи об этом мне.
-Давай ты не будешь вмешиваться, - прошу я, - меньше всего я хочу ваших разборок.
-Каких разборок? Ты знаешь, мне скандалы не нужны. Да и этот Валентин не производит впечатления человека, от которого следует ждать проблем. Но сейчас я предлагаю решить другой вопрос: может, поедем к моей маме уже сегодня?
-Нет!
-Но почему? Она нас ждёт. Погода портится, стоит ли ехать в деревню? Все равно завтра обратно возвращаться.
-Нет. Ты обещал, что я познакомлюсь с твоими завтра. И что покажешь мне дом своего детства.
-Было бы что там смотреть, - вздыхая, говорит Соболев.
-Не хочешь – не надо. Поехали к тебе.
-Я объяснял, почему этого лучше не делать.
-Тебе так важно, чтобы она не знала?
-Просто пытаюсь отсрочить неизбежное. Хочу ещё немного спокойного счастья. Она ещё устроит нам райскую жизнь, когда узнает, что у нас все серьёзно. Предпочитаю оттянуть этот момент.
-Тогда поехали в деревню.
-Хорошо, поехали.
Пока мы едем, погода ещё больше портится. Дождь льёт все сильнее, ветер раскачивает деревья. Хорошо, что едем недолго.
Дом производит странное впечатление. Смесь дорогого ремонта с полностью заброшенным домом. Правда, вещи разбросаны, явно кто-то сюда приходил.
-Я говорил, что смотреть не на что, - замечает Соболев.
-Здесь никто не живет? - спрашиваю я.
-Мы все давно в городе.
Матвей некоторое время молчит, потом добавляет:
-Три года назад здесь умер мой старший брат. После этого я долго не мог заставить себя зайти сюда.
-Я не знала! Почему ты сразу не сказал мне об этом? Я бы не стала настаивать на приезде сюда.
-Ничего. В конце концов, прошло много времени... надо жить дальше. Миха, мой младший, всю зиму возит сюда девушку, которую не одобряет мама. И мне пора успокоиться. Спокойно приезжать сюда, закончить наконец ремонт. Это дом нашего детства, а мы забросили его. Нехорошо как-то.
Я ругаю себя и за то, что заставила Матвея приехать в деревню и за то, что испортила ему настроение такими воспоминаниями. Почему он раньше не говорил, что у него умер брат? Мог бы вообще не предлагать этот дом в качестве потенциального места встречи, я ведь ничего о нем не знала. Как бы теперь тему переменить?
-Я взял суши, будешь? - спрашивает Матвей.
-А ты?
-Ничего не хочу, голова болит.
Мы проходим в комнату, и Соболев ложится на кровать и включает телевизор. Все еще переваривая его рассказ о брате, я ложусь рядом. Теперь мне не хочется здесь ночевать. Но не убегать же! Знать бы, отчего он умер, но не спрашивать же об этом Матвея. Зато о живых родственниках, с которыми я должна встретиться завтра, я могу его расспросить.
Поворачиваюсь к Матвею и вижу, что он уже уснул. Каждый раз поражаюсь его способности засыпать быстро и крепко. Мне нужно не меньше пятнадцати минут, чтобы уснуть. Лежу и думаю обо всем подряд. А как было бы удобно лечь и сразу заснуть. Но сейчас это неуместно. Ещё нет семи вечера. У меня были другие планы на вечер и ночь. Неужели дождь так усыпил Матвея? Он не в первый раз в непогоду чувствует себя плохо и старается прилечь, а лучше поспать. Но что я буду делать одна в чужом доме? Надо его разбудить. Сажусь рядом и обнимаю любимого, но он не реагирует. Наклоняюсь и целую его в губы, но Матвей продолжает спать. Как не вовремя. Ухожу на кухню, громко хлопнув дверью, но из комнаты также доносится сопение. Наливаю чай, стараясь шуметь погромче, но это не помогает. Возвращаюсь с чаем в комнату и прибавляют звук у телевизора. Некрасиво со стороны Матвея приглашать меня на ночь и так оставлять. Я даже телевизор посмотреть не могу нормально, одни помехи. Неудивительно, в такую-то погоду. Дождь льёт ручьём, ветер завывает. Лучше бы мы в городе сидели. Зря я отказалась ехать на ночь к маме Матвея, там мы ночевали бы в квартире. Свет гаснет и снова включается. Этого ещё не хватало. Пытаюсь сосредоточиться на фильме, но помехи возникают все чаще, в конце концов слившись в одну. В тишине слышу, как Матвей что-то быстро бормочет во сне. Мне смешно, даже злость на него проходит. Дождь так барабанит в окно, что мне кажется, что на улице град. Но откуда он в такое время года? Подхожу к окну и присматривать, но ничего не видно. В доме ненамного лучше – свет мигает уже часто. Матвею все нипочём – он спит, тихо постанывая. Интересно, что ему снится? Как он может спать, стук капель по стеклу способен разбудить и мёртвого. Свет в очередной раз выключается, и я остаюсь в полной темноте, слушая дождь и усилившиеся стоны Матвея. Всё, хватит. Пора серьёзно его будить, я в таких условиях одна сидеть не собираюсь. Да и снится ему явно что-то нехорошее. Светя телефоном, я зову Матвея, пока добираюсь до кровати. Трясу его, но он не просыпается, только стонет тише. Я пугаюсь – в чем дело? Кричу, бью его по щекам и в итоге, хоть и с трудом, но скидываю с кровати, но Матвей по-прежнему спит. Боже мой, что происходит? Он не может проснуться? Он теперь так и будет всегда спать? Но что случилось, десять минут назад все было нормально! Матвей был в порядке. А потом? Потом он резко уснул, разговаривал во сне и стонал. Ему было плохо?! Наверное, у него инсульт или кома, потому он и не может проснуться! А я, дура, ещё и с кровати его скинула, а вдруг его нельзя трогать! Пытаюсь приподнять любимого, но не могу затащить его на кровать. Что мне делать? Ему нужна помощь! Хватаю телефон и вижу, что нет сети. Совсем забыла, что в этой глуши проблемы со связью. Но я же могу позвонить 112. Матвею как раз нужен врач. Набираю номер, но не слышу ни одного гудка. Набираю еще раз. Опять ничего. Не понимаю, я же могу позвонить на этот номер откуда угодно? Разве для вызова экстренных служб нужна какая-то сеть? На всякий случай подбегаю к окну, но и там связь не лучше. Натыкаясь на мебель в темноте, бегу к двери. Бедный Матвей, что с ним теперь будет? Наверное, он весь вечер чувствовал себя плохо, потому не стал ужинать и старался быстрее лечь. Но почему он мне не сказал об этом? Не думал, что все так серьёзно? Хотел перетерпеть недомогание? И чем все закончилось? Хорошо, что он хотя бы дышит, надо скорее вызвать скорую. Открываю дверь и через пару шагов падаю с лестницы. Телефон отлетает в сторону и гаснет. Черт, совсем про неё забыла. Морщась от боли и потирая ушибленную руку, ползаю по полу в поисках мобильного, но натыкаюсь то на ведра, то на какие-то мешки. Как все не вовремя! Матвею плохо, а я теряю время! Второпях роняю грабли и нахожу телефон! Наконец-то! Увы, моя радость преждевременна он не включается. Ощупываю аппарат – батарея вылетела, как искать её в этой тьме? Пошарив руками по полу, я бросаю это бесполезное занятие и возвращаюсь в комнату за айфоном Матвея. Надеюсь, с него можно позвонить в любую погоду? Мои глаза привыкают к темноте, и я вижу, что Матвей перевернулся и теперь лежит на животе. Уже не стонет, а пытается что-то сказать. Не понимаю, ему лучше или хуже? Сажусь рядом с ним и пытаюсь привести в чувство, но он не открывает глаза и не реагирует на меня. Нет, все-таки надо вызвать скорую. Где же телефон? Вспоминаю, что Матвей оставил его на кухне. Под шум дождя иду туда и хватаю мобильный. Сети нет и на нем! Черт, что же делать? Надо идти на улицу, там должно быть лучше. Осторожно спускаюсь по лестнице и открываю дверь. В лицо мне бьёт поток ледяного дождя. Надо было хоть куртку накинуть. И обуться, а то в тапках ноги тут же промокли. Хожу вокруг избы, но сеть так и не появляется. Как же тут люди живут? Оглядываюсь. Ближайшие дома явно не жилые, но ведь кто-то в деревне остался? Сомневаюсь, что в Тыковке не живет вообще никто. Не может дом Матвея быть единственным жилым? Бегу к соседней избе, там никого нет точно, даже окно разбито. В следую