Возвращаюсь в квартиру Соболева и, всхлипывая, собираю вещи. Кошмар! Я встречаюсь с чудовищем! Как я могла! Я должна была сразу догадаться! Еще после той ночи у него на даче! И в квартире кровоподтеки появлялись на его теле буквально у меня на глазах! И лунатизм тут не при чем! Как я могла поверить? А когда я впервые увидела у него порезы? Матвей никуда не уходил, некому было его резать. И сам бы он не стал резать сам себя! Сегодня я в этом лично убедилась! С пакетом выхожу прихожую, как хорошо, что их немного, два раза я уже сегодня брала такси, третий раз мне не по карману. Поеду на автобусе. Но в замке поворачивается ключ. Черт! На пять минут не успела! Он сегодня решил совсем не работать? Увидев меня с пакетом вещей, Соболев произносит:
-Лера, давай поговорим.
-О чем? Я все видела!
-Я знаю. Я все объясню.
-Опять будешь врать?
-Да какой смысл мне теперь врать? - восклицает Соболев.
-Ты делал это все время!
-Потому что мне было, что скрывать. Теперь-то что?
-Дай мне пройти. Я все равно здесь не останусь.
-Сначала выслушай меня.
-Я не хочу ничего слушать!
Соболев захлопывает за собой дверь и заявляет:
-Нет, ты меня выслушаешь! Мы не можем оставить это просто так.
Он берет меня за локоть и ведет на кухню. Мы садимся за стол, и Матвей рассказывает:
-После того, что ты видела сегодня, ты сама понимаешь. Я не мог тебе рассказать. Это никто не должен был знать... из людей, я имею в виду. Лера, я не человек. Я здухач.
-Кто? - переспрашиваю я, - здухач? Это так называется то, что я сегодня видела?
-Мы отличаемся от людей тем, что в непогоду мы засыпаем, покидаем человеческие тела и отправляемся на битву.
-Это я уже знаю, - устало перебиваю я.
-Но это не просто битва. От ее исхода зависит благополучие многих людей.
-Каких еще людей?
-Наших семей, друзей, сотрудников наших фирм, частично жителей города. Словом, всех кто находится под защитой победивших здухачей.
-Но... есть же и проигравшие.
-Да, им и зависящим от них людям приходится несладко.
-Это несправедливо.
-Да, жизнь вообще несправедлива, - соглашается Матвей.
-Да почему вообще люди должны зависеть от здухачей? - возмущаюсь я.
-Так повелось с давних времен. Несколько веков назад здухачи сражались за власть над погодой, чтобы у людей не случалось неурожая и голода. В двадцать первом веке мерки благополучия изменились, но наша миссия осталась прежней.
-Да судя по тому, как живет большинство людей, здухачи всегда проигрывают! Непонятно только кому.
Матвей улыбается и возражает:
-Не преувеличивай. Я мало знаю людей, которые живут хуже, чем мы после смерти моего отца.
-Он тоже был здухачом?
Конечно, мы все унаследовали это от него. Он не был здухачом высших порядков, но при нем мы жили неплохо. Но однажды в осеннюю ночь папу и еще двух здухачей из дружественных семейств убили соперники. Тогда моя семья скатилась в бедность. Нам пришлось переехать на дачу, а ты видела, какой там дом. Жили там все вместе, да еще Машка рано родила.
-Но почему вы жили бедно? Вы же все здухачи?
-Моя мама нет. А мы были еще детьми. Обычно здухач начинает свою деятельность после двадцати лет, редко раньше. Мишка у меня все рвется начать, но я пока брал его только пару раз, присмотреться. Не время сейчас.
-Значит, все твои братья и сестры также ходят на битвы, как ты сегодня?
-Нет. Мишка и Марина еще слишком молоды. Макс и Маша да. Мой старший брат, Мирон, умер смертью здухача, как и мой отец.
-Там, на даче?
-На самом деле во время смерти они были далеко, но да, тела их находились в нашем доме. Как это выглядит для людей, ты уже знаешь - смерть во сне, обычно записывается как инфаркт. Реже инсульт или еще что-нибудь, если есть подходящее заболевание. Мирон, как и папа, не смог добиться больших успехов, тогда у нас были сильные враги. Маша тоже. Я думаю, она просто боялась рисковать, у нее уже была дочка. А Мирон - его не слишком привлекала деятельность здухача. Он не понимал или не хотел понимать, как на нас сказывалось его бездействие и поражения в тех редких битвах, в которых он все-таки участвовал. Я мечтал скорее вырасти и сделать что-нибудь. Представлял себе, что смогу победить всех. Но все оказалось непросто. Сам я не мог справиться почти ни с кем, а подходящих союзников не было. Я уже начал отчаиваться, но встретил Аллу.