-Не бери, - советую я.
-И что, он так и будет названивать?
-Может, это не он?
-А кто же? Не бери трубку! Я даже голос его слышать не могу.
Подруга встает и выходит из комнаты со словами:
-Лучше я отвечу. Надо же как-то это закончить.
Я вне себя от возмущения. Какой же наглый этот Соболев! Всем моим подругам будет названивать? Как у него вообще совести хватило звонить Жене, и это после того, что он сделал с её братом! Хоть бы она ему всё высказала! Наверное, я сама должна была ответить. Женя не обязана с ним общаться. Может, мне стоит самой ему позвонить? Нет, он решит, что я готова вернуться к нему или хотя бы начать общаться. Лучше подожду, чем закончится разговор Женьки. Но как мне всё это надоело!
В комнату возвращается подруга с грустным лицом.
Я расстраиваюсь. Что мог не сказать ей этот здухач? Не сказал ли он ей о сделке Валентина? Кажется, теперь я жду от него любой подлости. А чего ещё можно ждать от того, кто подписал договор с нечистой силой?
-Что случилось, Женя? - спрашиваю я, - Что он тебе сказал? Он угрожал тебе?
-Нет, что ты! Как тебе это в голову пришло! Просто тут такая ситуация...
-Какая?
Подруга берёт меня за руку и сажает на кровать. Я ничего не понимаю. Почему она так себя ведёт? Что такого сказал ей Матвей? Он её хочет во что-то пугать?
-Я не думала, что я когда-нибудь тебе это скажу после того, что случилось с Валентином, но ты должна поехать к Матвею прямо сейчас.
Я не верю своим ушам. Женя сама настаивала, чтобы я перестала с ним общаться. Она прекратила нашу дружбу, когда я ещё не ушла от Соболева после аварии Валентина. И вот теперь... Как она может? С чего вдруг такая перемена?
-Я понимаю, как это странно звучит, - объясняет подруга, - Ну ты же понимаешь, что Матвей не решился бы позвонить мне просто так.
Ага, конечно, его фантазии, и подлости, и двуличности хватит на всё!
-Просто ты сейчас ему очень нужна. У него большое горе.
-Женя не слушай его! Он врёт! Всегда мне врал! Поверь, он может придумать что угодно, лижь бы манипулировать людьми! Не верь ему! Вспомни, что он сделал Валентину!
-Именно о Валентине я и вспомнила, как только Соболев позвонил. Но он просил прощения и объяснил причину звонка. Я думаю, он не врёт. Такими вещами не шутят.
-Он со мною шутил и не такими вещами. Я вся перепуганная среди ночи ехала к нему на такси. А потом от него через лес по его гнусным делишкам!
-О чём ты говоришь? - настораживается подруга, - Что он заставлял тебя делать?
Я останавливаюсь. Всё-таки не стоит ей это знать.
-Неважно. Это личное дело Матвея, я не имею права рассказывать об этом. Просто он не в первый раз придумывает очень уважительную причину, чтобы я не могла отказаться от помощи ему. Я не хочу попадаться на эту удочку вновь.
-Понимаю, я тоже ожидала от него чего угодно. Но то, что он сказал, легко проверяется. Дело в том, что у него на самом деле большое горе. Умерла Маша, его старшая сестра.
Я в ужасе смотрю на подругу. Нет, не может быть! Неужели Матвей мог придумать такое? Думаю, на это не способен даже он! Какими словами действительно не разбрасываются. Значит, это правда? Её больше нет? Как это может быть?
-Но как... что с ней случилось?
-Он сказал, сердце. Даже не знаю как, вроде она молодая.
Зато я хорошо понимаю, как. Машу убили в битве здухачей. Этого следовало ожидать. Зачем они только занимались этой деятельностью? Это же очень опасно! Уже не первый член семьи погибает так! Вот ещё одна! Бедная семья! А ведь у нее дочка!
-Матвей вне себя от горя, он очень просит тебя приехать к нему. Он у своей мамы. Ему очень нужна твоя поддержка.
-Пусть просит Аллу, - продолжаю сопротивляться я.
-Я понимаю, что ты не хочешь. Но я же не предлагаю тебе вернуться к нему. Просто некрасиво бросать человека в такую тяжелую минуту. Стоит поддержать его хотя бы сейчас, когда трагедия только что произошла. Судя по голосу, он действительно убит горем.
Я сдаюсь. Даже не представляю, насколько сейчас тяжело Матвею. Наверное, с моей стороны слишком эгоистично набросать его сейчас. Лучше отложить это, хотя бы на несколько дней. В конце концов, удержался от мести мне или Валентину. Мне тоже нужно вести себя человечно. Мне действительно очень жаль всю его семью. Вызываю такси и одеваюсь.
Я приезжаю в квартиру матери Матвея. Сейчас я увижу всю его семью. Даже не представляю, как говорить с ними после такого горя. Лучше бы он был у себя. Но не удивительно, что они решили быть все вместе в такой ситуации. Ну, я-то для них чужая. Для всех, кроме Матвея. Наверное, буду там лишняя. Дверь мне открывает Марина.