- Ваши пятнадцать крон…
- Двадцать пять, - поправила её женщина, - двадцать пять, а не пятнадцать.
Лада рассеянно взглянула на чек, потом на деньги в своих руках.
- Да, простите. Двадцать пять, пожалуйста…
- Да что с тобой, Лада? – Вздохнула Вея, как оказалось, наблюдавшая диалог, стоя в двух шагах позади Лады. - Иди-ка ты проветрись пять минут, Нина вон тоже как раз только что на черных ход пошла. Я тут побуду.
Фраза «на черный ход» обозначала у Веи «курить», когда женщина не хотела даже произносить это слово вслух. А дело было в том, что от этой дурной привычки она избавилась лишь пару месяцев назад, что оказалось для нее мучительно сложно, поэтому сейчас те короткие перерывы, которые позволяли себе время от времени её сестра и Лада, неизменно вызывали у нее сухое ворчание.
- Чего случилось, клиента обсчитала? – Почти добродушно похлопала ее по плечу Нина, кутаясь в толстую, видавшую виды куртку своего отца, висевшую возле самого черного выхода на крючке именно для этого случая. - Со всеми бывало. Если вовремя исправилась, то и переживать нечего. Ты чего такая, темнее тучи который день, случилось что?
Лада пожала плечами, тоже поглубже кутаясь в своё пальтишко, и закурила.
- Нина… Вам хотелось когда-нибудь что-то изменить в своей жизни? – Наконец, произнесла она, глядя куда-то в сторону. Женщина ненадолго задумалась.
- Хотелось бы, наверное, лучше учиться в школе. Или дольше. Я, конечно, понимаю, что и на любой другой работе все точно так же с утра и до ночи, но хотелось бы, наверное, чуть больше работать головой, а не только руками. Дома-то теперь разве найдешь время к учебникам вернуться, хотя у меня старшой в выпускном классе, да средняя в первый пошла, учись с ними – не хочу. А я все никак, то стирка, то уборка, то младшая набедокурит… Своим говорю, мол, учитесь, пригодится, а они только отмахиваются, а ведь потом поздно будет… Да я и сама ведь понимаю, что старший вот сейчас закончит, а дополнительные классы я ему оплачивать не смогу, даже с мужниным пособием – он-то на инвалидности у меня. А себя вспомню в пятнадцать – так ни родители не смогли бы денег набрать, ни мне самой тогда нужно не казалось… Хотя мы же с Веей тогда уже прекрасно понимали, что никуда нам не деться от пекарни, хотим мы этого или нет, какие уж тут дополнительные классы.
Лада лишь согласно кивнула, задумавшись.
- Ну а ты? – Просто продолжила Нина, подняв на девочку мягкий взгляд светлых глаз. - Хотя куда тебе менять, у тебя еще все впереди…
- Ну да… - на автопилоте кивнула та. Только что-то внутри резануло так остро и больно, что слезы едва не навернулись на глаза. – Нет, – шепнула она, кусая губы, качнув головой, - неправда это, я бы много чего хотела изменить.
- Лада?.. – Чуть встревоженный, хотя более удивленный, голос Нины потонул в звуке открывающейся двери и шагах Веи:
- Девочки, ну вы тут решили до самого вечера сидеть? У нас ржаной заканчивается и отруби назавтра нужно заказывать.
- Чур, я на тесто, - поспешила Лада протиснуться мимо Веи, стягивая на ходу пальто и уже не замечая, как женщины перекидываются удивленными взглядами.
Просто, как ни крути, начинать нужно с себя.
***
I don’t know what’s worth fighting for
Or why I have to scream
But now I have some clarity
To show you what I mean
I don’t know how I got this way
I’ll never be alright
So, I’m breaking the habit
I’m breaking the habit
I’m breaking the habit
Tonight*
[*Англ. «Я не знаю, за что стоит бороться,
И почему я кричу,
Но теперь мне кое-что понятно,
Я могу объяснить тебе, что имею в виду,
Я не знаю, как стал таким,
Я никогда уже не буду в порядке,
И я завязываю с этим,
Завязываю с этим сегодня же» (пер. автора)
Из песни группы Linkin Park – «Breaking the habit»]
-…для выполнения данных задач назначается ответственный за документооборот, - Мастер Виктор Берген говорил как всегда ровно и монотонно, будто специально вызывая у каждого из слушателей отчаянное желание спать. Хотя говорил он и не медленно, и не быстро, записывать за ним казалось решительно невозможно, просто потому что слова смешивались в голове какой-то однородной кашей, жидкой и растекающейся, теряющей всякий смысл, - в нашем случае это Второй Мастер, который осуществляет организацию делопроизводства и архивного хранения документов, регистрацию, распределение и контроль исполнения документов и поручений, обеспечивает их учет, сохранность и использование, подготовку и организацию уничтожения документов. Он же разрабатывает информационно-справочные документы по вопросам, касающимся учебного процесса и пребывания кадетов в Академии, включая их проживание в общежитии, и контролирует соблюдение установленного порядка работы с документами. Еще раз повторюсь – не стоит забывать о том, что хранение и использование всех документов Академии, с которыми вам, вероятно, придется иметь дело, осуществляется как в электронном, так и в бумажном виде…
Вот, однако же, паршиво быть Вторым Мастером…
Буквально за десять минут до окончания занятия, когда надежда на избавление, забрезжившая далеко на горизонте еще почти час назад, стала уже совсем близка к претворению в жизнь, речь Мастера Бергена была прервана внезапным стуком в дверь. Ответа его стучавшие дожидаться не стали, тут же отворив дверь и войдя внутрь: ими оказались двое комендантов (только форма у них была какая-то не совсем комендантская, больше смахивавшая на рейдерскую, а при том вроде и не рейдерская), с рюкзаками и металлоискателями, как полноценные ВПЖшники. Что еще за новости?
- Досмотр, - сухо произнес один из них вместо приветствия, наверняка отвечая разом на все невысказанные вопросы, родившиеся в головах присутствующих, - содержимое сумок на стол, - и замер в ожидании беспрекословного исполнения своего распоряжения. Мальчишки засуетились, не вполне удачно скрывая растерянность и почти смущение, выкладывая на парты перед собой телефоны, зарядные устройства с мотками проводов, ручки, жвачки, паспорта, деньги, связки электронных карточек-ключей и прочие мелочи в том же духе.
- Мастер Берген, к Вам это тоже относится.
- Простите?.. – Казалось, шорохи, издаваемые в молчании кадетами, на какую-то секунду одновременно стихли, и все они как один подняли глаза на стоящих перед ними Высоких, не веря своим ушам.
- Вы прекрасно меня услышали и поняли, Мастер Берген, - с едва уловимым нажимом отозвался один из мужчин, - приказ относится и к Вам.
Не произнеся больше ни слова, Виктор Берген подчинился. Быть может, то была лишь игра света, но лицо его показалось Пану белее бумаги. Самым уголком глаз, не поворачивая головы, он взглянул на Колина, сидящего через проход по правую руку от него, и поймал в ответ взгляд столь выразительный, что любые комментарии были бы здесь абсолютно излишними. Видимо, не ему одному больше всего на свете сейчас хотелось провалиться под землю.
Когда всё закончилось, а нежданные гости молча покинули помещение, Мастер Берген предпринял не самую удачную попытку вернуться к недосказанной лекции, однако успеха в этом не достиг, будучи сам слишком явно напряженным и обескураженным, не менее прочих мальчишек.
- ..К следующему разу приготовите мне по одному образцу на каждый из разобранных сегодня типов, - сухо подвел он итог, - учтите, что не существует “каких-то бумажек” и “каких-то списков”, существуют документы, подотчёные документы, и, если они оформлены как “какие-то бумажки”, это ваша проблема, и это не документы. И обратите свое внимание, что бланки вы тоже составляете исключительно самостоятельно. С графическими редакторами Мастер Аккерсон вас уже знакомил, так что все реквизиты вставляем. Вариант “не умею” не принимается.
- А на кого заполнять, Мастер? - Подал голос Ники из своего дальнего угла.
- Друг на друга. Представьте, что делает Мастер, когда формирует свою группу.
- Но у нас же нет и половины данных…
- У вас есть язык, Даниш, мозги в голове и уникальный шанс узнать друг о друге все то, чего вы так и не удосужились узнать за прошедшие полгода. Если все ясно, и вопросов нет, то все свободны.
Разумеется, никто из кадетов не упустил шанс как можно скорее воспользоваться этим заманчивым предложением, как попало закинув назад в сумки и рюкзаки все то, что только что было методично из них извлечено.