Сегодняшняя ночь была самой длинной для меня. Лёжа в кровати далеко за полночь, я ворочалась с боку на бок и никак не могла найти комфортную позу. Сон не шел, в голову лезли всякие мысли. Одна, особо настойчивая подсказывала, что я что-то упустила. Интуиция меня ни разу не подводила, поэтому даю себе слово, что я не остановлюсь. Я докопаюсь до истины. Ну не похож он на человека, который ради выгоды может забрать жизни стольких людей. А может наоборот? Не знаю. Я запуталась. Логика подсказывает, что может, а интуиция - что нет. Проваливаюсь в беспокойный сон.
Я иду по полю. Вокруг колосится золотая пшеница. Поле бескрайнее, уходит далеко за горизонт. Рукой провожу по колоскам, они щекочут ладонь. Как же приятно. "Арина" меня зовёт знакомый голос. Я поворачиваюсь и ужас сковывает меня пробираясь под кожу густой массой. Посреди поля стоит Дима с руками по локоть в крови. В руке он держит пистолет. Я начинаю бежать, прилагаю колоссальные усилия, но у меня ничего не выходит. Я все равно остаюсь на месте. Он приближается. Кричу, чтобы не подходил, не убивал. Рука с пистолетом поднимается. Он целится в меня и стреляет.
Выныриваю из кошмарного сна. Сажусь на кровати. Сердце, наверное пятьсот ударов в минуту бьётся. Прикрываю лицо руками. Вся дрожу, аж зубы стучат. За окном светает. Укутываюсь в одеяло, подхожу к окну и сажусь на подоконник. Давно я рассвет не встречала. Наблюдаю, как ночь уступает место утру и не яркому осеннему солнцу.
Вздрагиваю от звука будильника. Пора собираться на работу.
Дистанционно с окна завожу свою куколку Chevrolet Camaro, моя любовь. Машина яркая, заметная, но выбранный мной черный цвет немного приглушает статус машины, делая ее не такой заметной, как например красный цвет или жёлтый, что мне в салоне предлагали. Вчера поздно вернулась, не хотела на паркинг загонять, чтобы охранника не будить. Пришлось под окнами оставить.
Возле отдела сталкиваюсь с Ирой. Она обнимает меня.
- ты сумашедшая, - смеётся подруга. Нам вчера так и не удалось пообщаться.
- кто-то же должен таких говнюков осаживать? - улыбаюсь я
- я переживаю за последствия, - уже серьезно говорит Ира
- а я - нет, пусть докажет, - пожимаю плечами.
- эх, - вздыхает подруга, - мужик, конечно шикарный...
- в смысле? - меня аж передёргивает, вспоминая полного, лысоватого адвоката
Ира хохочет и сквозь смех говорит:
- да не адвокат! Я имею в виду Черкасова
- ааа, ну да, шикарный, - с грустью говорю я, - поступки у него правда, не очень шикарные...
- ещё ничего не доказано, - возражает подруга.
Мы вместе заходим в отдел. Дежурный сообщает, что Владимир Сергеевич ждёт меня в кабинете.
- здравствуйте Владимир Сергеевич, - здороваюсь я, заходя в кабинет, - вызывали?
- здравствуй, проходи, - слышу в ответ. Владимир Сергеевич выглядит неважно. Уставший, с темными кругами под глазами. Плечи поникшие.
- я вот что хотел сказать..., - начинает он, - первое - это поблагодарить. Ты молодец, все оперативно сделала. По горячим следам так сказать.
Отчего то язык не поворачивается ответить спасибо на похвалу. Лишь киваю.
- второе, хочу тебя спросить, - Тишин делает паузу, - уверена, что он виновен?
Я молчу, не могу сказать ни да, ни нет.
- знаю, что все улики указывают на это, но все же....
- честно? Нет, не уверена, - отвечаю я.
- Арина, почему я спрашиваю, - опять заминка, - мне такие люди за него звонили! Не то что звёзды на погоны, а...., - начальник махнул рукой.
- настораживает, то что все слишком явно и гладко прошло, - озвучиваю свои сомнения, - и ещё эти камеры видеонаблюдения. Записи обрываются в одно и тоже время. Именно в то, которое нам нужно.
- вот, вот, - поддерживает Владимир Сергеевич.
- не знаете, адвокат поднял бучу, что я его не очень нежно заткнула?
- пока тихо всё, по крайней мере на горячую линию жалобы не поступало и в управление Внутренней Безопасности тоже. Глупо конечно надеяться, что пройдет без последствий, но проблемы будем решать по мере поступления.
- не переживайте, Владимир Сергеевич, если что, пойду на поклон к отцу.
- знаешь Арина, я хотел бы иметь такую дочь как ты, - посмеивается начальник, вспомнив видимо инцидент на допросе.
Наш разговор с Владимиром Сергеевичем прерывает звонок городского телефона. Начальник берет трубку.
Вот ни капли не жалею, что тогда не сдержалась. Вообще, у меня нет склонности к насилию. Но есть аллергия на людей, которые считают, что остальные - грязь под ногами. Они признают два критерия, по каким могут общаться на равных - это власть и деньги. Знаю об этом не по наслышке. Отец, занимая такую должность всегда был желанным гостем в любом доме этих снобов. Часто приходилось его сопровождать на приемы, благотворительные вечера или торжества. Туда, куда простому смертному путь закрыт, так как ни один из них не потерпел бы присутствия рядом простолюдина. Меня напрягают такие мероприятия, ведь гораздо проще общаться с нормальными людьми, которые не смотрят от какого кутюрье на тебе платье, сколько каратов бриллианты и т.д. Не шушукаются за спиной, что дочь самого Сенцова работает в обычном отделе, обычным опером. На выходных не летает в Милан за шмотками... В общем, при любой возможности стараюсь откосить от таких "празднеств".