То, что я начал испытывать к Арине, дезориентировало меня, загнало в угол. До встречи с ней всё в моей жизни было просто и понятно. Сейчас всё запуталось. Когда она собрав вещи ушла, первое время казалось, что это к лучшему. Но чем больше проходило времени, тем хуже становилось мне. Пытался забыться. Мажор помогал как мог, бухая вместе со мной. В барах, стрип-клубах мы заливали в себя виски литрами, а на утро умирали. К вечеру приходили в себя и ночью все повторялось. Когда к нам подсаживались бляди, я с ненормальной одержимостью искал в них черты лица, цвет волос, цвет глаз, привычки, жесты, хоть что нибудь, что напоминало бы Арину. Но нет, такой как Арина, я не находил. Злился, в очередной раз посылал всех на хуй и уходил с бутылкой пойла домой, идя пешком хренову кучу времени.
Я скучал за ней, мне ее не хватало. Как воздуха или воды в жаркий день. Когда было совсем хреново, ночью пробирался как грёбаный маньяк к ней домой. Ложился рядом, вдыхал ее запах и слушал спокойное, глубокое дыхание, а перед самым рассветом уходил, чтобы Арина не проснулась и не увидела меня.
Иногда мне хотелось махнуть рукой и пустить все на самотёк, но тогда, когда мы оба поймём, что это плохая идея, будет ещё хуже, и я и Арина больше будем страдать. Что я могу ей предложить? Быть хорошим мужем, отцом, семьянином? Я не знаю, как быть хорошим мужем. Все, что я видел в своей жизни, это куча ребят, брошенных горе-родителями, пьяные семейные разборки в общаге, драки, ну и на десерт - лицемерие, считающееся нормой в высшем обществе, где у каждого есть любовник/любовница, а иногда и оба варианта.
34
Когда подъехали к дому, стоило остановиться, как Арина выскочила из машины и быстрым шагом пошла в сторону дома. Вышел следом. Телефон завибрировал. Сенцов.
- говори, - не могу нормально с ним общаться, все время хочется его ударить.
- Дима, помоги, Арину выкрали, я не могу отследить ее, телефон выключен, - завыл в трубку Сенцов, - она у Марко...
- заткнись, - прикрикнул я на него, - Арина у меня. Завтра я приеду и ты мне расскажешь, что за херня творится. Усёк?
- у тебя? - слышу облегчение в голосе, - с ней всё в порядке?
- в порядке, - отвечаю, - ты понял, что я тебе сказал?
Сенцов долго молчал, я уже подумал, что связь прервалась.
- понял, - ответил Сенцов дрогнувшим голосом. Я отключил телефон и пошел вслед за Ариной.
Той ночью я остался у Арины, не хотел, чтобы она была одна. Да и мне спокойнее. Марков Арину, теперь десятой дорогой будет обходить, но все же....
Ночью ей снились кошмары, она плакала и звала меня. От этого на душе ещё паршивей стало. Я чувствовал свою вину в произошедшем тоже. Всё таки прав Жека, надо было представить всем Арину в роли моей жены.
Когда проснулся утром, Арина лежала на боку и смотрела на меня. Синяк на щеке расплылся и стал ещё больше. Мало уроду проткнуть руку, надо было пальцы отрезать, а ещё лучше всю руку.
Она дотронулась до моего лица, нежно прошлась пальцами по подбородку, коснулась щеки, потянулась и прижалась ко мне губами. Разве можно перед ней устоять, когда она сонная и такая соблазнительная? Со стоном притягиваю к себе, целую ее осторожно, чтобы не сделать больно травмированной стороне. Арина обвила руками шею и прижалась ещё ближе. Теряюсь в сумашедших ощущениях, чувствуя ее мягкое, податливое тело. Гладит своими маленькими ручками торс, доводя до грани. Мышци под ее пальчиками непроизвольно напрягаются. Стягиваю с плеча бретель шелковой пижамы, целуя открывшуюся грудь. Идеальное тело, что так бурно реагирует на мои ласки. Арина выгибается, подставляя себя под мои губы. Дышит часто, от чего ее грудь приподнимается. Прикусываю сосок, тут же зализывая языком. Ей нравятся мои прикосновения.
Стягивает с меня белье, освобождая член, осторожно гладит его, опускает руку ниже и дотрагивается до мошонки. Я дергаюсь, её касания словно пытка для меня, ещё немного и кончу, как подросток, не успев начать. Убираю её руку, опускаюсь ниже, чтобы не могла достать. Арина облизывает губы, зрачки расширены, видно лишь тонкий ободок голубого цвета. Одно удовольствие видеть, как она возбуждена, как торопится, снимая с себя остатки одежды и раздвигает длинные ножки. Приподнимаюсь и сажусь между разведенных бедер
- Арина, - голос свой не узнаю, - какая же ты красивая!
Не могу взгляд отвести от розовых складочек, что сочатся блестящей влагой, от небольшой твердой бусины клитора. Провожу пальцем по щелочке. Арина шумно выдыхает мое имя. Наклоняюсь вниз. Крышу сносит когда языком слизываю густую влагу. Губами сжимаю клитор, втягиваю. Ввожу палец в неё и слегка надавливаю на переднюю стенку. Арина напрягается. Двигаю внутри пальцем и одновременно зыком терзаю клитор. Дрожь проходит по её телу. Она громко стонет во время оргазма. Я в чистом кайфе от этого звука. Нависаю над ней, всматриваясь в прекрасное лицо. Арина разжимает пальцы, которыми схватилась за простынь, открывает затуманенные страстью глаза. Членом давлю на складочки, подаюсь вперёд, входя на всю длину. Сцепил зубы, чтобы не взвыть от ощущения абсолютного удовольствия. Двигаюсь в бешеном темпе, отчего Арину подбрасывает вверх при каждом толчке, а с приоткрытых губ срываются стоны. Арина впивается ногтями мне в спину, выгибается. Внутренние стенки начинают ритмично сокращаться и с силой сжимают член, обрушивая на меня мощнейший оргазм. Арина ртом хватает воздух, часто моргает. Мы замерли, слишком поглощенные только что пережитыми ощущениями. Целую короткими поцелуями ее лицо, вздёрнутый носик, глаза, лоб, губы