- это из-за него ты уезжаешь?
- пап, нет, - отвечаю ему, - всё сразу навалилось. Не бери в голову.
- я убью его...
- хватит! - жёстко сказала я, заставляя папу замолчать и прислушаться к следующим словам, - вот моя почта, если что, пиши сюда, - протягиваю листок бумаги с электронным адресом.
- куда уезжаешь и на сколько?
- не знаю, - честно отвечаю ему. Подошла, поцеловала и крепко обняла его. Слезы начали собираться в уголках глаз. Я отстранилась и поспешно пошла к двери.
- Арина, - остановил меня папа. Я повернулась.
- если тебе понадобиться помощь...
- я знаю, папочка, знаю, что ты всегда поможешь
Папа с грустью смотрел на меня. Хотел что-то добавить, но передумал.
Вечером поехала с вещами на вокзал. В кассе узнала, какие поезда на ближайшее время отправляются из города.
- Новосибирск, Санкт-Петербург, Сочи, - ответила кассир. Я поблагодарила и пошла искать нужный поезд.
Папа в любом случае попытается меня найти и тогда, его люди будут присматривать за мной. А это не входит в мои планы. Зная, как нужно замести следы, билет не брала. Упросила проводника взять меня без билета, зайцем.
Поезд тронулся, унося меня вдаль, далеко от того, к кому тянется сердце, но кому это совсем не нужно. Достала из кармана обручальное колечко, надела на безымянный палец и подняла руку, рассматривая единственную вещь, с которой, наверное, никогда не смогу расстаться. Здесь уже не здержалась и дала волю чувствам. Разревелась. Господи, горько то как.
Но ничего, я сильная, справлюсь. Так я сама себя успокаивала и подбадривала. Но предательские слезы все капали, и капали...
40
Лютый
Всю ночь не спал. Ворочался в кровати до четырех утра. Я правда хотел подождать до утра, но больше не мог.
В гараже стоят два байка и старенькая бэха акула. Моя первая машина. Знаю, что ей место на свалке, но все равно не смог расстаться. Байк по снегу - не вариант. Сажусь в акулу. Заправляю бензин с канистры. Со второго раза завелась.
Мчусь по трассе, выжимая максимум возможностей машины. В таких машинах скорость ощущается по-другому. На спидометре всего лишь сто пятьдесят, а кажется, за двести. Руки подрагивают от адреналина. Машина непослушная из-за летней резины, дорога скользкая. Сбрасываю немного скорость. Не намерен сегодня подыхать. Хочу долгую жизнь прожить с одной девчонкой. С той, что своими маленькими ручками, по ходу, забрала мое сердце себе. Мозги, кстати тоже, раз я не понял этого сразу.
Мне намного легче стало, когда я, наконец признался сам себе, что Арина для меня многое значит. Не понятно, почему я так противился этому. Наверное потому, что сколько себя помню, вокруг одно дерьмо и мрак.... А когда появляется нечто светлое и хорошее, тяжело в это поверить. А так же надеяться в то, что именно меня, непонятно за какие заслуги могла полюбить Арина. А она действительно полюбила, и сказала это мне, вот только я как последний дурак шарахнулся от её признания и не поверил. А зря. Арина не врёт, не лукавит, как большинство людей. Она особенная.
На часах пять утра. Поднимаюсь на нужный этаж. Звонок на двери довольно громкий. И с каждым нажатием, надежды на то, что Арина дома, все меньше и меньше. Звоню на мобильный - вне зоны доступа. Начинаю стучать. Из-за двери не доносится ни звука. Открывается дверь соседской квартиры
- а, опять ты! - всё та же бабулька, недовольным тоном. Я ведь не шумел, как прошлый раз, когда бухой к Арине приехал
- я сегодня тихо, - говорю ей, - где Арина?
- а тебе что?
Карга блин. Посылать нельзя, а то точно ничего не скажет. Стараюсь быть вежливым.
- надо!
Бабуля вредная, по морде видно, повернулась, собирается дверь закрывать
- если не скажешь, буду к тебе стучаться, каждую ночь
- да нету её, - соседка, явно не в восторге от такой перспективы, - вчера ключи от квартиры оставила, разрешила племяннице моей пожить в своем доме, а сама съехала. - как? - удивляюсь
- вот так, может к мужчине своему переехала, - соседка после этих слов, пожала плечами и закрыла передо мной дверь.
Ничего не понимаю. Я её мужчина, а у меня ее нет. Где может быть Арина? Может к отцу переехала на время?
Еду домой. Охранник на подземной парковке, никогда не видевший меня за рулём такой машины, вытаращил глаза. Комментировать не стал, но сочувствующе проводил взглядом.
Поднялся наверх, переоделся, успел выпить чашки три кофе. Если Арина у отца, значит ещё спит. Не хотел ее рано будить, нужно дождаться хотя бы семи часов. Время тянулось медленно. Не мог усидеть на месте. Ходил туда сюда, меняя шагами помещение.