- Нехорошо, - соглашается со мной жених, но не спешит меня покинуть или хотя бы рубашку свою застегнуть. Так и светит неприличным рельефом грудных мышц. Таких… солидных. А руки… я, кажется, сейчас со стыда сгорю от одного только неосторожного взгляда на них. У брата тоже красивое, тренированное тело. И я не раз видела его раздетым по пояс. Поэтому знаю, как выглядит действительно красивый мужской торс. Но, никогда его вид не вызывал у меня никаких чувств, кроме исследовательского интереса. Ну это как на статуи в музее искусств смотреть. Да-да, была я как-то в том музее. Непотребство такое, должна заметить. Почему-то считающиеся великими, скульпторы и художники древности наносили свои шедевры на холсты или высекали из камня и мрамора тела мужчин и женщин в весьма неприличном виде. И если еще изображения дам, я могла более или менее сносно рассмотреть… То статуи древних богов или героев – мужчин, с торчащими в паху обрубками, весьма напоминающими какое-то сомнительное колбасное изделие, меня вгоняло в краску и даже уверения брата в том, что не может быть безобразно то, что естественно, никак не помогли. Меня еще долго мутило потом от одного только вида колбасы, что ужасно забавляло Брайтона.
Так вот, это я к чему. Я знаю, что такое красивое мужское тело. Но никогда не чувствовала трепета перед этим феноменом. Милорд же… вызывает во мне смутные и неправильные чувства. Я стыжусь смотреть на него. Потому что, кажется, что его светлость читает меня, как открытую книгу и мои непотребные мысли, на счет его сильных рук совершенно не секрет для великого дракона.
- Диана, - берет меня за подбородок и заставляет повернуть к нему голову. Улыбается ободряюще. – Ты не должна стесняться меня. Всегда трудно преодолевать свои страхи и сомнения. Тем более, стеснение. Но, если помнишь, мы помолвлены. Наша близость неизбежна.
- Вы… обещали мне время, - мой голос надломлен. Я не знаю, чего я боюсь. Просто. Боюсь. Мне комфортно с герцогом. Его прикосновения и объятия не вызывают у меня отвращения или желания оттолкнуть. Зато очень даже трепет в душе нарастает. Такой… предвкушающий и коварный… обещающий… может быть, я знаю, что не смогу дать отпор дракону. Но опасаюсь не этого. А того, что не смогу остановить свое собственное безумие, что пробуждается в моем теле, при одном только взгляде на собственного жениха.
- Время… - хмыкает задумчиво герцог и склоняется к моему лицу. Изучает мою реакцию. Подмечает малейшие изменения моей мимики. Улыбается мне в губы, -оно все твое, любовь моя. Столько, сколько тебе понадобиться…
Выждав еще с несколько мгновений, словно раздумывая целовать меня или нет, милорд все же отпускает меня и отстраняется, а я ловлю себя на мысли, что сама чуть поддалась вперед, ожидая его ласки. Пошатнулась, утратив опору в виде рук дракона, и краснея, от собственной испорченности, отвернулась. Его светлость понимающе усмехается и встает с моей постели, где нагло восседал в своем непотребном виде.
- Я оставлю тебя, Диана, - отходит от меня, и я замечаю, что в пушистом ковре утопают его босые ступни. – Твои компаньонки помогут тебе привести себя в порядок. А после пожалуй, пообедаем вместе. Думаю, Брайтон будет рад застать свою принцессу бодрствующую и с улыбкой на лице. Заодно и расскажешь нам обоим о своих злоключениях.
- А…
- И твое любопытство мы тоже удовлетворим, Диана, - щелкает мне по носу пальцем и улыбается, когда я возмущенно хмурюсь и фыркаю. Терпеть не могу таких детских выходок, в стиле Брайя. Не выдержав моего возмущенного внешнего вида, дракон тихо рассмеялся и запечатлел мне быстрый поцелуй на губах. – Ты просто прелесть, - снова улыбается мне в губы и поспешно покидает меня. Прямо вот так. Босой и полуголый. Этот момент натолкнул меня на мысль, что спальня милорда находится в непосредственной близости. Возможно даже в смежной комнате. Краска стыда залила меня до корней волос и кончиков ногтей на пальцах ног. До чего ты докатилась, Диана?! Маменька была бы в ужасе за такой позор… но вспомнив свои ощущения, когда милорд рядом, я пришла к выводу, что ни за что не променяю эти чувства на сомнительное благочестие. Уж лучше опозоренная, но в его руках, чем невинная и без тепла его объятий с терпким ароматом, слегка горьковатым, но таким глубоким… и пьянящим…
Мой взгляд с двери, за которой скрылся крылатый жених, лениво заскользил по комнате, отмечая детали. Рядом на туалетном столике стоял серебряный колокольчик перевязанный шелковым бантом. Все еще чувствуя жар в теле от мыслей непотребных, я все же потянулась к колокольчику и требовательно потрясла им, вызывая служанок и компаньонок.
Глава 41
- Я не понимаю, милорд, - выслушав рассказ дракона и брата обо всем случившимся, я перешла ко второй стадии, задавание вопросов, - зачем вивернам было нужно это самоубийственное нападение? Ладно бы, они еще могли сменить ипостась, был бы шанс разрушить ваш замок, а может быть и сразиться на равных с вами. Но ведь, не могли же!
- Все просто, - улыбается милорд. – Во-первых, враги не знали, что не смогут перекинуться. Это был для них неприятный сюрприз. Вот если бы они сразу пришли в звериной ипостась, то не смогли бы превратиться обратно в людей.
- Действительно, почему они не пришли сразу вивернами? – удивляюсь я такой недальновидности.
- Потому, что они хотели минимизировать свои потери. Хотели обхитрить всех. Но в итоге, укусили сами себя же за хвост, - почти смеются глаза дракона, потешаясь над моим непониманием. – Задумка на самом деле, не лишена смысла. Смотри. Дождавшись времени, когда никто и ни откуда не ждет нападения просто потому, что только полный идиот пойдет войной, когда вокруг метели, морозы и нулевая видимость. Это их фактор внезапности. Молодцы, да? Второй их хитрый ход – зашли с моря. Со стороны откуда и в теплое-то время нет подхода даже на самых маневренных кораблях. Слишком беспокойные тут воды. Окруженные скалами, о которые обычно и разбивается вражеский флот. Слишком злые волны. Неожиданные мели, коварные рифы и подводные скалы. Я не знаю, надо продать души морскому дьяволу, чтобы пройти этим путем. Но! Они молодцы. Находят способ. Вбухивают тонну магии, наверняка угробили не одного человеческого колдуна, чтобы заморозить море. Еще один плюсик к эффекту внезапности.
- Не дураки, - нехотя признаю идею жизнеспособной.
- Следующий их пункт плана: выманить гвардейцев из замка. По умолчанию, никто не знает, что я уже почти сутки, как вернулся. По официальной версии, я в столице. Поэтому, меня вообще в расчет не берут. Расчет на устранение моей гвардии.
- Зачем? – пожимаю плечами я. - Ладно бы еще поняла, захоти они убить великого дракона, так нет ведь, наоборот, нападают зная, что его нет.
- За тем, чтобы беспрепятственно забрать тебя, Диана. Но об этом позже. Чтобы гвардейцы не заподозрили в налете главных имперских врагов и не принялись укрепляться в замке, осложняя их миссию, виверны делают вид, что деревню вырезают обычные разбойники. Ни единого следа на то, что орудовали наши психованные родственники. Всех убили, скажем так… человеческими методами.
- А… зачем всех-то? – негодую я. – Ну ладно, вам надо создать проблему и выманить гвардейцев на помощь деревеньке. Наведите шума, если без этого никак, убейте пару тройку особо ретивых, зачем всех-то? Даже детей не пожалели… - вспоминаю я ужасные картины все еще стоящие перед глазами.
- А это вопрос не в бровь, а в глаз, что называется, - тяжело вздыхает милорд, и я вижу, что ему самому больно говорить об этом. – У нас с вивернами есть одно принципиальное отличие. Мы, драконы, высшая раса, воспринимаем человеческий род, как… неразумных младших братьев и сестер, кто нуждается в надзоре, в опеке, помощи, иногда в наказаниях и воспитании. Но, мы… хоть люди и считают драконов заносчивыми, мы любим вас. Вы для нас младшие братья. Не низшие, прошу заметить, а просто младшие. Слабее физически, слабее морально. Подвержены порокам, эмоциям, болезням. Но часто… просто прекрасные личности. Таланты, самородки, умные, смелые, отчаянные, как в любви, так и в бою. Мы любим людей и уважаем ваши сильные стороны. Со снисхождением относимся к слабостям. С презрением к грехам и порокам. Вы все для нас дети. Как драконы дети для самих богов.