Дрессировщик насупился. Теперь не только Максим будет донимать его непонятными словами, но и Доктор с его окружением.
– Это означает – способную рожать детей, – на ухо прошептал ему Максим. Он не столько увидел недовольную мину Николаю, сколько услышал его громкое сопение.
– … а теперь не понятно, как перенесенная ею болезнь отразится на детях, – продолжил Доктор. – И будут ли дети вообще.
– Значит нам надо найти другую чистую самку, – не терял решимости Мятежник.
– Думаешь, это так легко? Каждое появление пришельцев из прошлого сразу берется под контроль властей. Их люди повсюду и информация о подобных скачках быстрее доходит до военных, а не до нас. Это первый случай, когда мы смогли перехватить древних.
Доктор сделал паузу, чтобы насладиться трофеями мятежников в виде живых представителей древних, попавших в их руки.
– Эти путешествия во времени сами по себе уникальные явления. До сих пор мы не узнали, почему это все происходит. К нам попали абсолютно случайные люди, которые не способны дать ответ на интересующие нас вопросы. И кто знает, когда это все закончится.
– Вот еще одна причина, что пришло время выйти из подполья, – заявил Мятежник. В нем кровь так и бурлила, создавая такой мощный заряд энергии, который накрывал собой не только воинов, но и докторов.
– Только никаких спонтанных действий, – застонал Доктор.
– Что он сказал? – спросил Николай у своего новоиспеченного переводчика.
– Говорит, что сначала нужно продумать всю операцию.
– Все древние так сложно говорили?
Максим промолчал, вспоминая своих друзей, которые упрощали все разговоры до различных сочетаний матов, разбавленных междометиями. Хорошо, хоть повзрослевшие дети этого не переняли.
Николай взглянул на Светлану и с удивлением заметил, что она безмятежно спит под раздающиеся возгласы мужчин, которые эхом перекатывались под сводами бункера. Огромное помещение не было заполнено даже на четверть, а потому эхо свободно гуляло просторами подземного госпиталя.
– Я вколол ей обезболивающее. Оно подействовало как снотворное, – пояснил Доктор, отвлекшись от революционных разговоров и проследив за взглядом Дрессировщика.
– Даже не вздумай ее обидеть! – Николай грозно помахал указательным пальцем перед носом медика. – Я никому не позволю ей навредить!
– Об этом не беспокойся. Я пообещал, что больше ни одна самка не пострадает.
– Кому пообещал?
– Себе. Как ты думаешь, почему я переметнулся к мятежникам?
– Откуда мне знать?
– И хорошо, что не знаешь. Потому что от того, что делают с самками в правительственных лабораториях, волосы встают дыбом. Я до сих пор в кошмарах вижу их растерзанные тела.
Находясь поодаль, Максим все же слышал их разговор, и уже совсем другим взглядом посмотрел на ячейки, в которых медики что-то делали с беззащитными женщинами. Его тело отреагировало быстрее разума и ноги сами пошли к парочке докторов, склонившихся над оголенным животом Светланы.
Мрачный взгляд Максима изрядно напугал парочку: рука толстяка затряслась так сильно, что он чуть не уронил ультразвуковой датчик, а лысый напарник блуждающим взглядом нервно искал, кого бы позвать на помощь.
И когда раздался громкий предупредительный сигнал, медики невольно подскочили. Долговязый отделался испугом, а вот под подпрыгнувшим толстяком табурет не выдержал: ножки распластались в разные стороны, сидение рухнуло на пол, увлекши за собой врача-горемыку.
В бомбоубежище все напряглись, устремив взгляды к входу. Военные даже повернулись к стеллажам с оружием, готовые в любую минуту действовать по установленному порядку.
Раздался второй сигнал и эхо унесло под своды общий вздох облегчения. Бронированные двери бункера отворились и вошла еще одна группа мятежников. Все они были одеты в военную форму и только один из них явно выбивался из общей массы.
– Сергей! – воскликнул Максим и бросился с объятиями к совершенно незнакомому ему человеку, но ставшему чуть ли не родным, поскольку только они оба, за исключением Светы, принадлежали к вымершему виду древних.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов