Уголки губ Стеф слегка дрогнули в слабой улыбке.
— Вы поможете мне в любом случае, госпожа. Вы дали клятву, которую нарушить нельзя.
— Можно, — холодно возразила я. — Ценой собственной жизни. Вот только на тот свет мы отправимся вдвоем, будь в этом уверена.
Глаза девушки наполнились слезами.
— Меня-то там и без того уже заждались. Потому-то я и хочу бежать! Я не хочу умирать. Не хочу, понимаете?
Чего уж тут непонятного? Еще год назад я, чтобы избежать возможной смерти, согласилась на странное предложение не менее странного человека, в результате которого оказалась здесь — в чужом, незнакомом мне мире. Я поступила почти так же, как Стеф. И если у меня есть защитник в лице профессора, то у этой бедной девушки нет никого. В таком случае кто, если не я может ей помочь?
— Ну, ну, хватит. Конечно, я помогу тебе, я ведь обещала. Я всего лишь хочу знать правду, и я имею на это право.
— Да, госпожа, вы все верно говорите. Но я не могу вам сказать…не могу.
— Почему же?
— Не могу, — словно попугай заладила Стеф.
— В этом замешаны высокие люди. Кто-то влиятельный?
Стеф кивнула.
— Это от него ты спасаешься бегством?
Снова кивок.
И тут меня осенило. Ну, конечно! Как же я сразу не догадалась?
— Это от Ее Величества ты бежишь? Ее ты боишься?
Глаза Стефании расширились в испуге. Она отрицательно замотала головой, но тут же опустила глаза.
— Прошу вас, госпожа Стейси, не заставляйте меня…
И не придется — и так все ясно.
— Понятно. Думаю, нет смысла спрашивать, почему ты боишься ее. И все же я бы хотела знать. Кто знает — если она так опасна, то может быть, и мне стоит составить тебе компанию?
Служанка кисло улыбнулась.
— Смешная вы, госпожа. Но вам не стоит бояться королевы. Вы сильная и смелая, вы скоро займете место на престоле, и к тому же… Ее Величество сама боится вас.
— Боится меня? — эхом повторила я, удивленная неожиданным открытием. — Вот уж глупости ты говоришь, Стефания. По-моему, Ее Величество не боится никого, а уж меня тем более.
Стеф не ответила. Вместо этого она попросила меня поторопиться, сказав, что у нас мало времени, и в этом я была с ней согласна — если уж я решила помочь ей в этом нелегком и откровенно опасном деле, то нам, в самом деле, стоит поторопиться.
— Как же я покину Замок, если мне велено оставаться здесь и не покидать его пределы без сопровождения? — озадачено спросила я Стеф после того, как отправила Мелитте письмо с просьбой подождать моего возвращения, и если нужно, то обедать без меня. Хотя я и понятия не имела, где здесь обедает «элита».
— Я знаю, что вам запрещено покидать Замок, а потому я пойду одна — она помахала небольшой сумкой, которую обычно всегда брала с собой, когда отправлялась за покупками.
— А меня, надо думать, возьмешь с собой в этой сумке? — съязвила она, не понимая намеков своей служанки. Стеф засмеялась.
— Нет, конечно, госпожа! Неужели вы не догадались?
Ну, не отличаюсь я сообразительность, что поделать.
— Нет. Может, ты все-таки нормально объяснишь, что задумала?
— Для вас я приготовила вот это, — она извлекла из сумки небольшой пузырек с сомнительной консистенцией, на вид напоминавший жидкий шампунь бледно розового цвета. Надеюсь, она не заставит меня это принять. — Эликсир невидимости, — пояснила она, потому как я не торопилась выражать восторга. — Только выпить его нужно когда выйдем из башни — не то могут возникнуть проблемы при переходе через Воды Истины.
— И как же он действует, эликсир этот твой? — опасливо спросила я.
— Ах, госпожа, сразу видно, что вы росли в благородной семье и шалости вам неизвестны.
Ну, да, конечно. В благородной… Ну, а уж про шалости и говорить нечего. Думаю, не стоит рассказывать Стеф о детстве, проведенном на даче, когда мы с соседскими ребятишками вместе собирали колорадских жуков, после чего дружно топили их в ведре, наполненном водой.
— Его нужно принять, после чего вы на некоторое время перестанете быть видимой.
— Здорово-то как, — «восхитилась» я.
— Еще бы! — не поняла моего злорадства девушка. — Но это совсем ненадолго.