Если не брать в расчет, что такое происходит почти в каждом сериале, то в принципе неплохо и можно понаблюдать за развитием сюжета.
Но стоило мне углубиться в просмотр, как я почувствовала вибрацию. Пришло СМС. Я сглотнула, так как поняла, что это наверняка ответил Третьяков.
Юлиан: «Да, я здесь. Можешь зайти в ограду, я крашу внешнюю часть дома».
Надо же. И даже никаких подколов. Удивительно. Но мне даже самой хотелось все же поговорить с ним и наконец разрулить всю ситуацию, которая накалилась между нами из-за Саши.
Наверное, мне пора было рассказать ему правду, но взамен на то, чтобы он поделился со мной, почему наша дружба разрушилась в один миг? Ведь я очень дорожила ею.
– Бабушка, я схожу до Юлиана, хорошо? Он позвал меня в гости, – выглядываю из-за угла, мило улыбаясь.
– Конечно иди. Эх, жалко, что вы не стали с ним парой, – бабушка грустно вздохнула, а я смутилась.
Почему все вечно об этом говорят?
Я быстренько переоделась в чистое – белый топ и джинсовые шорты, – а также причесалась и собрала хвост повыше.
– Ну тогда увидимся на той неделе или через одну. Постараюсь так же с утречка вырваться к вам, – поцеловала обоих, крепко обнимая. Те только кряхтели от моего эмоционального порыва.
– Не забудь про день рождения бабушки, – сказал дедушка, слегка подкашливая, и улыбнулся, отчего его усы приподнялись.
– Точно! Я обязательно куплю лучший подарок!
– Беги уже.
Попрощавшись, я вылетела из дома, осторожно закрыв за собой калитку. А сама двинулась в сторону высокого двухэтажного дома, поправляя на плече лямку рюкзака.
Я немного волновалась, поэтому потирала руки, пытаясь отогнать мысли. «Так. Я хочу просто поговорить. Без всяких новых ссор или разбирательств. Я готова выслушать Юлиана и надеюсь в ответ, он тоже послушает меня внимательно. Не знаю, поверит ли он моим словам о Саше, но буду надеяться на его понимание».
Чем ближе я подходила к высокому кирпичному забору, тем больше начинала нервничать. Но раз уж я решилась на этот шаг, то стоило идти до самого конца и хоть что-то узнать, чем вообще ходить в неведении.
Возможно, мне стоило поделиться всем, что произошло на самом деле с самого начала, а не ходить и отнекиваться, пытаться найти какую-то причину, лишь бы не отвечать на вопросы Юлиана, но он всегда подходил ко мне именно тогда, когда мое настроение было ниже плинтуса.
Мы и так держались друг от друга на расстоянии, и внутри себя я понимала, как это глупо. Наша крепкая дружба превратилась в подростковую перепалку, где каждый молчит и ничего не говорит. Третьяков без объяснений стал меня избегать, игнорировать мои сообщения, а после и вовсе делать вид, что не замечает в конюшне.
Это поведение меня стало напрягать, и я ис- кренне не понимала, в чем же причина. Однако раз я встречалась с Сашей, то могла через него узнавать состояние парня, но и тот будто что-то скрывал, отвлекая меня своими шуточками и поцелуями.
Спустя пару лет Юлиан стал меняться в другую сторону: подстригся, на его лице вечно мелькала ухмылка или же он вовсе не показывал никаких эмоций, будто скульптура. Голубые глаза перестали полыхать искорками радости или счастья и наполнились безразличием к окружающему миру.
Он продолжал дружить со своей компанией, и я заметила, что только с ними Третьяков мог становится самим собой – улыбался, потирая затылок, шутил и обнимал каждого. Это мне напоминало наше с ним проведенное вместе время.
Но стоило ему увидеть меня, как он тут же менялся. Я приняла это как факт того, что Дёмин и его компания что-то про меня ему наплели, настроили серьезно против нашего с ним общения. Даже тот разговор, который я случайно услышала, почти что доказывал, что они сделали это намеренно. Однако я хотела услышать от самого Юлиана, так ли это на самом деле.
Я проглотила ком в горле и дернула ручку калитки. Она легко поддалась мне и открыла вид на внутренний двор дома. Теперь тут стало намного лучше, чем раньше.
Куча пушистых зеленых кустов, газон, на котором располагались зонты и шезлонги, чтобы загорать под ярким солнышком. Неподалеку стоял большой новый гриль и стол под навесом для уютного ужина на улице.
Вижу, что под ногами теперь появилась каменная дорожка, которая посередине разделялась на две тропы: одна к дому, другая к бассейну. Уже отсюда я видела, как блестела на солнце чистейшая и голубая вода, в которой кто-то плавал. Я не стала вглядываться и просто двинулась вперед.