– Когда ты стала брать меня с собой на тренировки. Там я и увидела Степу впервые. Одного роста с Юлианом, симпатичный, смешной. Обращался с лошадьми так бережно, – подруга расслабилась под моими прикосновениями и облегченно выдохнула. – Я даже рисовала его много раз после того, как могла сделать наброски с тобой. Могу показать тебе.
Аня подскочила с места и быстро сбегала к себе в комнату, чтобы принести свой альбом. Но вместо этого она приносит не один, а целых три толстых скетчбука, протягивая их мне.
Я неуверенно беру, осматриваю и открываю. Смолец мне показывала свои рисунки, но не все. И теперь начинаю понимать почему. На большинстве из них были изображен улыбающийся Дёмин. Она видела его светлым и ярким как солнышко, подрисовывала ему венок из цветов или же лучики. Это выглядело очень мило.
Дальше увидела рисунки со мной, с Матильдой и даже Юлианом, когда он куда-то смотрел, нахмурившись. Появлялись время от времени пейзажи, ее любимые закаты и рассветы. Даже море, которое подруга могла видеть, когда уезжала учиться в другой город.
– Ты у меня такая талантливая, – улыбнулась я Ане. Она засияла как звездочка на темном небе от моей похвалы. Я понимала, как ей важно знать, что ее работы нравятся кому-то еще. – Но почему ты мне не сказала?
– Потому что когда я хотела тебе признаться, то ты уже перестала общаться с Юлианом, и я переживала, что если начну общение со Степой, то ты будешь считать меня предательницей, – она прикусила губу, виновато поглядывая на меня.
– Что? С чего ты это взяла?
– Ну, он же из компании Третьякова. Той, с которой он стал общаться больше, чем с тобой. Думала, тебе будет обидно.
Она не стала общаться с ним из-за того, что могла таким образом потерять меня? Вот на что способна наша дружба.
Я встала со стула, подошла к ней и крепко обняла. Мне приятно было осознавать, как Аня мне предана, но в то же время меня терзало такое чувство, будто из-за меня она могла потерять нечто важное. Может, их общение приведет к чему-то новому и интересному для Ани? Я не хочу стать той самой стеной, из-за которой подруга лишится своей настоящей любви. Только вот не знаю, как ей рассказать о том, как я на самом деле отношусь к Дёмину.
– Ты же поедешь с нами на речку? Я тебе писала СМС.
– Поеду. И Степу позвала, ты же не против? – Смолец повернула ко мне свое счастливое личико. Как тут отказать?
– Конечно нет. Я позвала всех, – чмокнула ее быстро в щеку и достала телефон, чтобы созвониться с Гордеем. Мы накануне обменялись номерами, чтобы держать связь, так как не знали точного времени, во сколько нам собираться на пляже.
До речки на велосипеде ехать было всего минут двадцать, а на машине вполовину меньше. Я же решила туда прокатиться именно на велосипеде, чтобы вспомнить свое давнее детство. Пришлось залезть в папин гараж, где у нас стояла старая мебель, которая запылилась, мои детские игрушки, книги и прочий хлам, который накопился за столько лет.
И именно там я нашла свой старый велосипед. Отмыла его, почистила и поняла, что выглядит вполне как новый, так как на нем я каталась не так много. Чаще всего меня Юлиан возил на багажнике, после которого на следующий день у меня болели мышцы. Зато было классно кататься с ним по лесу и радоваться летним каникулам.
– Тебе идет платье! Не часто тебя в таком увидишь. Для кого надела? Для Юлиана или Гордея? – Анька хитро хихикнула и прищурилась, пытаясь раскусить мой план.
Но никакого плана не было. Просто я устала от ежедневных брюк на тренировках и джинсовых шорт. Зря, что ли, в прошлом году покупала себе парочку летних платьев, чтобы гулять с подругой?
– Для самой себя.
– Ну да, конечно! Так я тебе и поверила. Колись, что вообще происходит в твоей личной жизни. Ты же сама упоминала в СМС, что с Юлианом непонятно что. Что он вообще тебе рассказал о том, почему вы перестали общаться? – Вот и прорвалось огромное любопытство подруги, которое она так долго скрывала. Из-за того, что мы эти дни с ней не созванивались, и у меня скопилось множество мыслей, которые нужно было обсудить с подругой, но я понимала, что не могу рассказать абсолютно все.
Мне самой было странно осознавать, что Юлиан признался в своих чувствах, которые долго скрывал и из-за которых, в частности, пострадала наша дружба. Что Гордей пытается как-то узнать меня получше, проявляется интерес. А я вообще не понимала, что мне делать.
– Ты бы знала, как моя голова готова взорваться от количества информации. Скажу кратко: Третьяков меня любит, – вздохнула я.