И даже есть фотографии маленького Третьякова, где он еще был мельче меня и выглядел как килька из банки. Зато какие у него были красивые голубые глаза, цвета летнего неба. В них было столько задора, веселья и доброты. Сейчас цвет немного изменился, стал чуть темнее, но остался прекрасным. И все та же задорность, только уже с добавлением совсем другим ноток. И этот взгляд теперь так часто был направлен в мою сто- рону.
– Боюсь, быстрее вы с Юлианом поженитесь, чем я.
– С чего вдруг? Мы даже не встречаемся еще, а ты уже строишь такие глобальные планы. Может, я хочу пожить для себя, дальше заниматься спортом, – начала я ворчать, на что подруга только рассмеялась в трубку.
– Ты же вроде собиралась с папой уезжать или передумала?
– Папа решил остаться здесь. И думаю, я сделаю то же самое. Не хочу оставлять тебя, родных, тренеров и Юлиана, – захлопнув первый альбом, я открыла второй, тяжело вздыхая.
– А что по поводу здоровья? – поинтересовалась она.
– Что-нибудь решим. Но на море мы точно съездим, обещаю, – я счастливо улыбнулась, найдя ту самую фотографию, о которой совсем забыла.
На ней была пятнадцатилетняя я и Третьяков, который вырос за лето и стал выше меня, широко улыбаясь своими белоснежными зубами в камеру. Мы стояли рядом друг с другом и обнимались, а на фоне красовался дом Третьяковых.
Это моя самая любимая фотография.
– Я запомнила, подруга. Жду от тебя вестей по поводу того, когда собирать чемодан!
– Не торопись! Дай мне сначала победить на скачках, и будет тебе отдых «олл-инклюзив», – мы с Смолец вместе прыснули от смеха.
Мечты мечтами, но нужно было оставаться реалистами. Я надеялась на то, что выложусь на полную, приложу максимум своих усилий, стану тренироваться больше и жестче, лишь бы наконец вернуться в свою старую форму и дать понять моим соперникам, что я не намерена проигрывать и отдавать им первое место, которое вполне может стать моим.
И даже любовь с дружбой придется отложить на период скачек, ведь на дорожке мы становимся друг другу конкурентами, которые будут биться до последнего в честных соревнованиях.
У нас один шанс.
Равное количество времени.
Равное количество силы.
Одни правила, которые запрещено нарушать.
Мы все обучены одному и тому же, и у каждого из нас есть все шансы на победу, за которую можно получить не только нехилую сумму денег, но и заработать уважение среди таких, как мы.
Глава 25
Превосходство
Мое утро началось раньше некуда. Я встала в пять, чтобы привести себя в порядок: сполоснуться, быстренько поесть, оставить папе витамины и записку, чтобы напомнить их обязательно выпить.
Я разделась и закинула пижаму в корзину для белья, включая горячий душ. Мне необходимо было успокоить мысли и настроиться на предстоящие скачки.
Две недели пролетели совершенно незаметно для меня.
Тренировки занимали большую часть моего времени, а после них я чувствовала себя максимально изнуренно, но приходилось дальше топать на работу, которую никто не отменял. Увольняться я не хотела, чтобы не подставлять родителей Ани: найти замену сейчас будет трудновато, так как многие уезжали из города, предпочитая отдых где- нибудь на море, а у школьников полно было своих забот.
Да и не была я уверена что именно сегодня, спустя столько лет, у меня получится наконец победить. Но поддержка друзей и родных меня подбадривала все это время и держала на плаву.
Юлиан и Гордей помогали мне с тренировками как могли. Я даже научилась парочке новых приемов, и наша связь с Демоном наконец достигла максимума, мы стали понимать друг друга с полуслова. Мустанг перестал препираться и теперь полностью отдавал себя под мою власть. Теперь же было больше шансов победить вместе с ним.
Моя Изабелла выздоровела. Ноге уже стало намного лучше, и кобыла даже потихоньку начала выбегать на пробежки вместе со всеми, возвращалась в свою прежнюю форму, и я все так же продолжала заботиться о ней, извиняясь за то, что не смогу на этих скачках быть с ней.
По поводу Жени и Гены – обоих дисквалифицировали и в списках участников их не оказалось. Ненадолго мне даже стало как-то грустно. Но Коновалова пошла не по той тропинке, свернув в густой и темный лес своей души, а Гена, изнывающий от безответной любви, попал туда же, в это затягивающее грязное болото.
Не знаю, что стало с ними дальше, но хозяин им такое устроил, когда приехал, и пообещал, что те больше никогда не вернутся к конному спорту. Возможно, на них даже завели какое-то дело. Я не стала в это лезть, чувствуя некую легкость на душе. Главное, что виновник найден и Изабелла продолжит свой путь, только уже с другим всадником. С Аделиной.