В этот раз переживать было больше не о чем. Главная цель и конечная точка – финиш. Но к нему я должна прийти первой.
Мое любопытство тянуло посмотреть назад, узнать, где же Юлиан или Гордей. Но боковым зрением я видела справа кого-то из всадников, что волновало меня в этот момент куда меньше, чем то, как мне правильно свернуть и стоит ли прямо сейчас ускоряться.
Я подгоняла лошадь мысленно, но держала хлыст в руках, откладывая его применение уже на второй поворот. Увидела с другой стороны, что кто-то еще сравнялся со мной, но вновь одергиваю себя от мысли повернуться.
Не смей отвлекаться.
Еще немного.
Первый поворот мы прошли успешно. Я слегка ускорила мустанга, чтобы вырваться немного вперед, так как за мной гнались еще как минимум двое, и, кажется, я даже знала кто.
В горле пересохло, ноги дрожали от напряжения, но мне было наплевать, я должна была закончить эти скачки, пусть и оставшись полностью без сил. Я заметила, как на втором повороте меня вновь нагоняют и держатся слишком близко. Увидела впереди яркую черту финиша, до которого оставалось всего жалких несколько десятков метров. Теперь в ход пошел хлыст. Как бы мне каждый раз не было больно это делать, но так Демон разгонялся просто как бешеный, выкладывая все свои силы, что удалось сберечь перед финишем.
Несколько метров.
Вокруг слышался гулкий шум и громкий топот лошадей.
Меня все равно кто-то нагонял. Я до боли прикусила губу и заставила мустанга еще больше ускориться.
И как в замедленной съемке я увидела, как проскакивает подо мной белая финишная черта. И поняла, что рядом со мной ее преодолел еще один наездник.
А после я вместо радости и аплодисментов услышала ужасающие крики.
Глава 26
Теплота
Мое ликование пропало мгновенно, стоило мне повернуться назад и понять, отчего так сильно взволновались трибуны. Сердце тут же пропустило удар, и я быстро соскочила с Демона, вручив поводья своему тренеру, который был в шоке не меньше моего.
– Агата!
– Вызывайте скорую! – крикнула я, устремившись в сторону парня, вокруг которого уже собралось куча народу, охающего, вместо того, чтобы сделать что-нибудь полезное.
– Да расступитесь вы! – Пришлось применить силу и растолкать зевак. На земле корчился от боли Дёмин, придерживаясь за больную руку. Он тихо постанывал и не мог даже и слова произнести. Но я, как никто другой, его понимала.
Присев на корточки, аккуратно осмотрела его, но под одеждой трудно было что-либо разглядеть, а лишний раз его трогать не хотелось. Я увидела, как к нам подбегает Аня вся в слезах, ее прямо колотило из-за истерики.
– Степа, Степа! Я рядом! – Она упала на колени.
Все реагировали слишком эмоционально, но терять рассудок в такой ситуации нельзя, поэтому я пыталась отогнать народ. Юлиан тоже подбежал так быстро, как смог, и помог мне с этим, злостно приговаривая, чтобы не создавали помех для скорой помощи, которая уже приехала сюда за считанные минуты.
– Я с вами поеду! – Подруга поправила волосы, смотря с надеждой на врачей. Те только молча кивнули и на носилках унесли парня в свою машину. Я хотела поехать вместе с ними, но меня остановила рука Третьякова.
– Ты нужна нам здесь. Мы навестим его чуть позже. – Парень приобнял меня, положив свою голову мне на макушку. Я прижалась к нему в по- исках тепла и защиты. Теперь сама же оказалась по другую сторону этой ситуации, когда ты видишь, как человек получает травму после падения.
Я надеялась, что врачи хорошо позаботятся о Степе. А после скачек я собиралась сразу же поехать в больницу к Ане. Ей тоже нужна была поддержка. И я понимала, насколько сильно меня начинало трясти после увиденного.
– Вы в порядке, ребята? – К нам подошел весь взвинченный Анатолий Дмитриевич, глядя вслед скорой помощи.
– Мы-то да. Что случилось?
– Я сам до конца не понял, надо камеры смотреть. Но вроде как он потерял контроль над своей лошадью и вылетел из седла, – тренер тяжело вздохнул.
– История повторилась…
– Эй, не думай об этом. – Юлиан прижал меня еще крепче к себе, поглаживая успокаивающе по плечам. – Ты бы знала, как мы переживали за твое состояние, но ты выбралась, а значит, и со Степой все будет хорошо.
– Смотря как сильно он ударился. Всякое бывает.
На душе стало совсем тяжко и грустно.
– Позвоните его родным.
– Они уже в курсе, сделал все оперативно. Я много раз видел падения и сам падал, так что последовательность действий прекрасно помню.