Тень ее фигуры отчетливо вырисовывался на белой натянутой простыне, по которой прыгали блики от костра. Это манило, чертовски манило Мирана к тому, к чему он отчетливо шел, борясь с собой. В нем шла борьба, противостояние, и в обоих случаях он проиграет сам себе, в обоих случаях он обидит девушку как бы он этого не хотел. Но желание познать ее тело нарастало в нем не из-за мести, а больше из-за мужской похоти, которую он явно не хотел тушить в себе. Что ж, это в любом случае сделает его дьяволом в ее глазах, но он должен познать ее, обязан, ибо это было сильнее его.
Миран рыкнул, как настоящий хищник, когда по тени понял, что девушка потянулась к молнии на платье. Его скулы напряглись, как и он сам. Он как будто приготовился к прыжку для того чтобы поймать свою выбранную жертву, и эта белая стена, сделанная им, не удержит его и секундочки. Голубые глаза Мирана казались настолько хищными и оголодавшими, что если бы увидела их девушка сразу бы испугалась его. Они ловили ее движения и наслаждались этим. Со стороны, наверное, он казался настоящим маньяком, как однажды она его и назвала. Что ж, наверное, это было не минуемо. И он им стал. Из-за нее...
Усердно пытаясь расстегнуть молнию на свадебном платье, Рейян не ожиданно столкнулась с проблемой. Молния перестала расстегиваться на пол пути, из-за того что ткань попала под нее. Мокрое платье слишком сильно облепило тело Рейян, сковывая ее движения, при этом выделяя сексуально ее формы. Неожиданно девушка почувствовала руку на своей обнаженной части спины и непроизвольно дернулась от прикосновения, которого явно не ожидала ощутить, но отходить не стала, принимая его помощь от избавления и так надоевшего платья.
Под руководством Мирана молния послушно стала расстегиваться, как ни в чем не бывало дойдя до конца. По другому у него и быть не могло.
— Вот и все, — тихо сказал Миран, наклонившись сзади через плечо Рейян к ее уху, словно заигрывая с ней. От этого по ее телу прошла волна мурашек. Именно такой результат и хотел увидеть Миран от нее. Скрытно ухмыльнувшись соблазнительной улыбкой искусителя, Миран, взяв одеяло, прикрыл ее им, позволив девушке до конца избавиться от мокрого платья, которое упав к ее ногам, оставило Рейян в одном нижнем красивом, ажурном белье. Девушка, сразу же приняв одеяло, укуталась в него, прячась. Но как только она это сделала, то сразу почувствовала его горячие губы на своей шее, которые обожгли ее в поцелуе, неожиданно исполнив это. Ее дыхание замерло как и она сама. А его губы продолжили изучать ее шелковистость кожи, сантиметр за сантиметром. Но этого было мало, чертовски мало. Миран медленно, не спеша, развернул Рейян лицом к себе, посмотрев ей в глаза. Девушка не сопротивлялась и была покорна, она понимала, что это уже долг жены перед мужем. И хоть ее страшила брачная ночь, все же страх сердца Рейян приглушала возбужденность, которую она испытывала каждый раз при поцелуи с ним и при прикосновении, это позволило стать ей смелее и открыться ему в эту ночь.
Его губы жадно припали к ее сочным губам, с которых сорвался сладкий стон, возбуждая еще сильнее Мирана. Да, это была далеко не месть, которую он хотел обрушить на семью Де Ла Мар. Интерес был взаимным. У жизни на них были свои планы, по которым волей не волей он стал исполнять этот план, сам того не ведая.
Целуя свою ненастоящую жену, Миран поймал — уже не единожды — себя на мысли, что сожалел о фиктивности брака. Разве не проще было отомстить им, сделав девушку своей настоящей женой? Но такой мести ему было мало. Слишком долго его сердце несет ту боль, которую причинила семья Де Ла Мар. И именно такую шкалу боли должны были получить они взаимно.
Прервав поцелуй, Миран позволил девушке насытиться кислородом, который он почти забрал. А по другому Миран даже и не хотел наслаждаться. Взяв рукой за один конец одеяла, в котором была укутана Рейян, Миран стал медленно стягивать с нее до тех пор, пока всё одеяло не оказалось в его руках, а потом и вовсе на полу. С завороженным взглядом он следил, как постепенно оголялись ее части тела. Плечи... живот... ноги. Но и этого для Мирана было мало. Самое аппетитное скрывало нижнее белье, от которого Миран тут же поспешил избавиться.