— Тебе не нужно прятаться от меня.
Кладу свою руку поверх его, на свой живот.
— Кто сказал, что я прячусь?
— Би…
— Есть некоторые вещи, о которых я не готова говорить.
Его дыхание обжигает мою кожу. Парень проводит губами по моей шее и оставляет поцелуй на моем плече.
— Я знаю. — Он продолжает покрывать поцелуями мою шею до подбородка мягкими, неторопливыми прикосновениями губ. Останавливается на мочке моего уха. — Расслабься.
Я закрываю глаза и отпускаю напряжение в плечах. Кингстон продолжает покрывать мое плечо и шею благоговейными поцелуями, пока все мое тело не начинает пульсировать, а ноги не становятся похожими на желе.
— Кингстон?
Я чувствую его улыбку на своей коже.
— Да?
— Поцелуй меня.
Он переплетает наши пальцы и разворачивает меня. Моя спина ударяется о стену, и его рот опускается на мой. Сильными губами и дерзким языком Кингстон сосет, покусывает и вырывает стон из моего горла. Рукой скользит вверх по моей рубашке, по лифчику и гладит мою грудь. Большим пальцем водит кругами по моему соску, барьер из ткани между ними создает жестокое поддразнивание.
— Ты можешь доверить мне свое прошлое, — шепчет парень мне в губы.
Его слова обволакивают мои ребра и сжимают. Упоминание о моей прошлой жизни, о том, кем я была, словно холодная волна для моей разгоряченной плоти.
Я отгоняю эти мысли и тянусь к поясу его брюк. Кончиками пальцев касаюсь твердой, тугой головки его эрекции. Парень шипит от соприкосновения, член дергается у моей руки.
— Ты пытаешься отвлечь меня. — Парень зарывается лицом в мою шею и расстегивает штаны.
Я сжимаю его член в кулаке.
— И это работает.
Кингстон достает из кармана пакетик из фольги и разрывает его зубами. Я раскатываю презерватив и спускаю штаны. Сбрасываю ткань с одной ноги, затем обхватываю лодыжкой его бедро.
— Так чертовски сексуально, — рычит он, когда погружает два пальца внутрь меня. Исследует. Соблазняет.
Я подвожу его ближе, достигая того, чего хочу больше всего. Его. Толстого и длинного, заполняющего меня. Обладающего мной. Удерживающего мой разум в настоящем.
Кингстон толкается. Скользит. Прокладывает себе путь внутрь. Руками хватает меня за задницу и поднимает выше, крепче вжимая мою спину в стену, пригвождая меня к месту своими бедрами. Его поцелуй полон отчаяния. Воспламеняющий. Как будто парень каким-то образом знает, что мне нужна его жесткость. Я впустила его — в свой дом, в свою спальню, к тому, кем я была. Мне хочется захлопнуть ставни, скрыть то, что он может увидеть, избежать вопросов, которые он будет задавать. И сейчас Кингстон мне это позволяет.
— Нужно двигаться. — Он разворачивает нас, и мы падаем на кровать. Обхватив одной рукой мою голову, парень наклоняет бедра так, что я вижу, как звезды танцуют у меня перед глазами. — Тебе нравится?
Я упираюсь пятками в кровать, раскрываюсь шире и выгибаю спину, чтобы впустить его глубже — о боже!
Кингстон не сдается. Ощущение нарастает. Он ускоряет темп. Я хватаю его за плечи и царапаю ногтями кожу.
— Черт, да. — Парень неистово двигает бедрами.
Напряженность в его глазах завораживает. Его пристальный взгляд проникает внутрь и считывает меня так, что я чувствую себя застенчивой. Уязвимой. Хочу повернуть голову, но он обхватывает мою челюсть. Его теплая ладонь на моей щеке, длинные пальцы в моих волосах. Кингстон смотрит мне в глаза.
Не прячься от меня.
Он не произносит слов, я слышу их только в своей голове.
— Не буду, — тихо выдыхаю я.
Я выдерживаю его взгляд. Огненно-карие глаза, теплые от принятия, окутывают меня. И я таю от них, вокруг него.
— Вот так, детка. — Кингстон проводит большим пальцем по моим губам. — Останься со мной.
— Я здесь. — Разум, тело, душа и, что самое опасное, сердце.
Приподнимаюсь на локте и завладеваю его ртом. Парень стонет напротив моего языка, и вибрация проходит через меня.
И всего за несколько секунд мое освобождение усиливается. Я задыхаюсь у его губ. Кингстон захватывает мой рот и целует меня глубже. Сильнее. Божественное вторжение, которое дает больше, чем требует.
Его мышцы напрягаются. Бедра изгибаются, замирают, и парень содрогается рядом со мной. Тихий вздох срывается с его губ, как только он опускает свой вес на меня. Наш поцелуй замедляется, от неистового к ленивому, мы мягко возвращаемся на землю. И остаемся вот так, связанные, он не торопясь целует мою шею, подбородок и щеку. Проводит губами по моей коже, вызывая мурашки на моих руках. Взад и вперед, вверх и вниз, он омывает мою кожу благоговейными поцелуями.
— Спасибо, что впустила меня. — В его голосе нет ни следа юмора, ни намека на подтекст. Только искренняя благодарность и почтение.
Это было гораздо больше, чем просто секс. Больше, чем два тела, сливающихся вместе, чтобы удовлетворить физическую потребность.
То, что мы сделали, казалось намного весомее и сильнее связи, которая скрепляла больше, чем наши тела. Мы пересекли барьер случайного знакомства и отправились в более неспокойные воды.
Мою кожу все еще покалывает на шее и лице, где Кингстон провел так много времени, целуя меня. Я провожу кончиками пальцев по нежной коже и понимаю, что он целовал мои шрамы по всей длине.
— Кингстон, я... — Мой желудок урчит от голода.
Парень приподнимается на локтях и смотрит вниз на мое тело.
— Черт, прости. Ты сказала, что голодна, а я напал на тебя, когда должен был накормить.
Оставляю свои тяжелые мысли на потом и провожу руками по его волосам. Отодвигаю длинные пряди, которые упали ему на лицо.
— Это не только твоя вина. Я была равноправным участником нападения.
Парень быстро целует меня, а затем соскальзывает с меня.
— Не двигайся. — Он ныряет в мою ванную, и я слышу, как спускается вода в унитазе и течет кран.
Когда возвращается, то помогает мне надеть трусики и брюки, а затем протягивает мне руку, чтобы стащить меня с кровати.
— Ты в порядке?
Мои глаза подернулись дымкой удовлетворения, голова легкая, и мое посторгазмическое блаженство борется с моими мыслями. Но я в порядке.
— Все хорошо.
Кингстон смотрит на меня, сдвинув брови, словно сильно концентрируется. Затем быстро кивнув, хватает меня за руку.
— Нам нужно фо. — Он хватает мою сумку и тащит меня из комнаты.
Я ухмыляюсь.
— К чему такая спешка?
Кингстон разворачивается на полпути вниз по лестнице, его лицо на одном уровне с моим.
— Потому что ты смотришь на меня так, будто хочешь снова упасть в постель, и я не против, но сначала хочу тебя покормить.
Кингстон подхватывает меня на руки, и я смеюсь, когда он выносит меня за дверь и сажает в ожидающую нас машину.
ГЛАВА 23
Габриэлла
— Ну, не уходи. — За одну ночь Кингстон овладел искусством надувать губы.
Когда мы вернулись к нему домой прошлым вечером, он показал свой большой сюрприз. Кингстон очистил для меня часть своего шкафа, ящик и весь шкаф в своей ванной, а также часть своего холодильника, и купил игровую систему. Он признал, что, возможно, никогда не превзойдет меня в рыбной ловле, но был уверен, что сможет победить меня в «Модельере» и в «Неделе высокой моды». И оказался прав.
Мы целовались на его диване до полуночи, а затем парень отнес меня в свою кровать, где мы провели остаток ночи, прижавшись друг к другу под простынями.
К сожалению, все хорошее когда-нибудь заканчивается, и я пытаюсь уйти на работу с восьми часов утра. Он убедил меня остаться, подкупив грязным сексом и оргазмами. Затем шантажировал кофе. Теперь, когда у него нет выбора, прибегает к надуванию губ.