Новая школа в этом районе оказалась рассадником нечисти. Бандит на бандите и бандитом погоняет. Первый конфликт произошел в первый же день. Баки новенький, в чистой форме, с аккуратным рюкзачком, причесанный, спокойный, даже вальяжный, привлек внимание сразу.
- Эй, мелкий, – кто-то подошел со спины и Баки едва сдержался, чтобы не раздробить стопу, так удачно торчашую сбоку. Мальчик шел к директору, со справкой о переводе из-за переезда и желанием оформиться официально. – У тебя пары монет не найдется?
- Нет, – ответил мальчик, скидывая руку гопника со своего плеча и делая шаг, как почувствовал подсечку. Понятное дело, что тело отреагировало само по себе, восстановив равновесие, и впечатав кулак прямо в солнечное сплетение гопника.
- Ты его не убей, смотри. Нас, возможно, отмажут, но лучше не надо доводить. Аккуратней работай, Баки.
- Я боец, а не убийца, – буркнул мальчик, и оставив паренька откашливаться и пытаться вздохнуть, пошел дальше к кабинету директора. Там он оформился, и его даже проводили в класс, где он весьма удачно приземлился за последней партой. – Повезло.
- Ага. Тоже не люблю на передних партах сидеть, – виртуально улыбнулся Данил.
Понятное дело, что столь фееричное выступление новичка в школе не могли просто не заметить. Так что по пути домой мальчика поджидали аж трое. Тот самый гопник и два его друга. Всем троим лет по двенадцать или тринадцать, но мальчика это не напугало.
- Не ждем, – прозвучала мысль Данила. – Навязывай им свой бой, атакуй, удивляй. Готов?
- Конечно, – спокойно подтвердил мальчик. Вообще, чем дальше они шли по пути самопознания и медитаций, тем спокойней становились, причем оба соседа в теле мальчика. Учитывая тот огромный стресс от того, что Баки выселили из дома, мальчик держался просто превосходно. Данил им гордился безмерно, но молчал об этом в тряпочку. Не педагогично... Разве что иногда часть его эмоций прорывалась через выстроенные барьеры.
Баки шел прямо на троицу, никуда не сворачивая, а когда до них осталось два метра, рванул с места в карьер. Бежал прямо на центрального, но в последний момент прыгнул на правого, впечатывая стопу в живот и отталкиваясь от него. Второй ногой прилетело в челюсть главарю, а после приземления Баки подошел к храбрившемуся последнему гопнику. Тот попытался ударить ногой, но не смог – Баки выставил свою ногу навстречу и тот голенью влетел прямо в стопу мальчика. Третий из трех поскакал вдаль по улице в слезах, баюкая травмированную ногу и бросив своих друзей неудачников.
- В следующий раз, переломаю вам руки, – мягким голосом пообещал Баки и прошел мимо лежащих на земле тел. Они были в сознании, но одного тошнило после удара в желудок, тот к счастью не порвался, а второй мычал прокушенным языком и медленно выплевывал выбитый зуб.
К тринадцати годам большая часть гопоты и прочей мелкой преступной шушеры целого Токио не только узнала имя Баки, но и искренне его ненавидела. Мальчик не проходил мимо, если видел преступление или несправедливость, он дрался до конца и не отступал. К слову, стоит сказать, что за это время, он ни разу не проиграл, а ведь схлестывался с бандами и по пять и даже семь человек. Понятное дело, что все они были старше, вплоть до семнадцати лет.
Сколько раз он попадал в полицию, Баки перестал считать еще на первой сотне. Знакомый детектив в очередной раз получая звонок по телефону и выпуская Баки домой, привычно провожал его прямо до дома, чтобы он по пути еще раз не влез в драку.
Баки вечно ходил с непроходящими синяками, а иногда и переломами, как в тот раз, когда не успел толком увернуться от обрезка трубы, и пришлось блокировать ее предплечьем. Конечно, у него куда более крепкие кости, чем у любого нормального двенадцатилетки, но труба есть труба. Тогда пришлось заканчивать бой прижав травмированную руку к торсу, заодно и защищая живот. Но отбился и победил. Зато сколько практики по самоисцелению, просто не передать. Иногда возникало впечатление, что они оба – и Баки и Данил – только этим и занимаются. На самом деле это, конечно, не так. Они учили языки, развивались физически в зале под строгими взглядами тренеров, прошли точные науки всего курса школы, что оказалось не сложно, когда с тобой занимается математик с постсоветским, еще не убитым образованием, а там учить умели. Физику и анатомию штудировали от и до, тут уж Даниле пришлось настоять, ведь любая драка, это взаимодействие двух тел, которое можно... обсчитать математически, если постараться. Сам Данил тоже получил немало опыта в драках, не считая боя с тенью, который они не перестали проводить ежедневно. Иногда Баки давал порулить телом, и тогда Данил старался использовать все, что только мог, стараясь наработать прикладной опыт. В такие моменты, казалось, что даже стиль боя Баки напрочь меняется. При одном образовании, при знании одних и тех же приемов, они предпочитали разный подход. Там где Баки пробивал и блок и тело, Данил использовал айкидо, там, где мальчик уворачивался, Данил ввинчивался под удар и использовал его, чтобы повредить соседним нападающим. Разный подход, разные стили, но они учились друг у друга с удовольствием, пока не смогли полностью копировать стили друг друга. Единственное, что сильно расстраивало Данила, это то, что мальчику уже тринадцать. Скоро пойдут девочки, у такого-то парня, и что ему делать? Чувствовать себя вуайеристом не хотелось, способа отправиться обратно в свое тело он так и не нашел, хотя видят боги, он старался. В общем, такое положение дел расстраивало безмерно. Мальчик скоро вырастет и перестанет нуждаться в нем, да и надсмотрщик тоже ему станет не нужен.
- Хм. – Лаконично высказался Баки, разглядывая “Вызов” от шантрапы этого района Токио. – Почему бы и нет?
Парень пожал могучими плечами и достал ведрышко с краской. Он спокойно закрасил “Вызов”, написанный на стене его дома, не трогая остальные надписи, а их хватало. В основном угрозы, конечно, иногда проклятия. Не любит здешняя шантрапа Баки, но и поделать с ним ничего не могут. Избить не получается, в полицию идти?.. Смешно. Вот и делают всякую фигню. Денег на краску парню не хватает, так что закрашивает он только самые неприятные вещи. Он бы и их не трогал, но они оскорбляют не только его самого, на что ему просто плевать, но и всех вокруг.
- Тебе решать, Баки, – пожал плечами Данил. Он отдавал себе отчет, насколько же сильно он изменился. Раньше он бы ни за что не отпустил тринадцатилетнего пацана, даже совершенно чужого, на драку, а сейчас он понимает, что есть вещи, которые важнее. Если уж встал на путь воина, иди до конца, без вариантов. Будучи обычным, хоть и удачливым бизнесменом, он оставался простым человеком, чуждым войны, самопожертвования и многих иных вещей. Но здесь он, оказывается, тоже “рос” вместе с этим родным уже мальчуганом. Постепенно менялся, принимал ценности свойственные именно бойцам, а не обычным мирным людям. Впрочем, когда все это дошло до самого Данила, он оглянувшись назад, со скрипом признал, что он стал лучше, честнее, чище что ли...
- Я уже решил, – спокойно и чуть мрачновато ответил мальчик своему спутнику и соседу. На русском. Знает, как ему приятно слышать родную речь.
- Тогда идем.
Там идти-то, всего пять кварталов, да под мост спуститься. Два шага, так сказать.
- Навскидку, тут человек сто, – хмыкнул Баки.
- Не навскидку, а сто один человек, – поправил Данил, легко посчитавший пришедших на бой бандитов.
- Будем ломать психологически, половина отсеется. Шанс есть, – чуть улыбнулся подросток.
- Невелик, но есть. Надо было еще и фехтование изучить, хоть немного. Сейчас бы пригодилось, – отметил Данил.