Однако стратегическая инициатива была утрачена, значительных успехов больше не наблюдалось. Кому были нужны эти переговоры, осужденные не понимали, и многие решили, что это предательство.
А потом среди зэков поползли слухи, что по зонам Ленинградской области ездит группа военных, набирая добровольцев в армию. Обратились за разъяснением к лагерной администрации, та пока отмалчивалась.
— Лажа какая-то, — говорили одни в отряде, другие возражали:
— Дыма без огня не бывает…
Вторую точку зрения поддержал Дед.
— В Отечественную войну, — заявил он, — заключенных брали на фронт. У маршала Рокоссовского их была целая армия.
Скоро эти споры разрешились.
Одним хмурым утром всех заключенных выстроили на плацу. Перед строем появились двое военных в зимнем камуфляже, сопровождаемые «хозяином» с заместителем по режиму и начальником оперчасти.
Офицеры прошли вдоль шеренг, остановились посередине.
Старший из военных, плотный и с породистым лицом, обведя всех взглядом, представился:
— Я — руководитель частной военной компании «Вагнер», участвующей в спецоперации, Пригожин! Имею полномочия по набору в её ряды добровольцев из числа осужденных. Вступившие в «Вагнер» освобождаются из мест лишения свободы и отправляются в зону боевых действий!
В строю возникло оживление, по рядам прошел шепот.
— А-атставить! Стоять смирно! — рявкнул зам по режиму.
— У кого имеются вопросы, задавайте, — продолжил Пригожин.
— Разрешите? — поднялась во второй шеренге рука.
— Слушаю.
— Заключенный Пестов. Статья 228.1 часть первая УК РФ, срок восемь лет. А что потом, гражданин начальник?
— Реабилитация и свобода, — немедленно ответил Пригожин.
По рядам опять прошел шум и затих.
— Желающим — выйти из строя! — снова повысил голос зам по режиму.
Из шеренг вперед шагнуло несколько десятков человек. В их числе были Дед с Юркой и каптер.
— Вы все — в клуб! Остальные на работу! — заворочал шеей «хозяин».
Чуть позже изъявившие согласие, сняв шапки, сидели в зале. Там находились ещё два военных. Для начала всех переписали и отвели на спортплощадку, где проверили физическое состояние. Семеро оказались слабосильными, их отсеяли. При этом всех удивил Дед. Он двадцать раз сделал выход силой на турнике, тридцать раз отжался от земли и пробежал стометровку на время.
— Тебе сколько лет, отец? — подошел к Деду один из военных, без знаков различия на форме.
— За шестьдесят, командир.
— В армии служил?
— Да. Ещё в советской.
— Какие войска?
— Спецназ ГРУ.
— Тогда все понятно. Вообще-то мы набираем добровольцев до пятидесяти лет, но тебе сделаем исключение. — Он чуть улыбнулся.
Далее с прошедшими отбор заключили контракты на полгода, определив денежное содержание в двести сорок тысяч рублей. При этом предусматривались выплаты за ранения, а в случае смерти похороны за счет компании и компенсация родне до пяти миллионов.
После завершения всех формальностей добровольцев переправили под Ростов, в центр подготовки. Там уже шли занятия с другими бывшими заключенными. Новичков обмундировали, выдали личные жетоны и экипировку. Каждый избрал себе позывной для связи. Мазаев с Грачёвым оставили свои прежние — Дед и Грач, а каптер придумал себе — Браток. В честь своего бывшего ремесла.
Новобранцев обучали владению стрелковым оружием и гранатометами, ведению штурмового боя и ещё многому другому, необходимому на войне. Из центра Юрка позвонил Оле, сообщив, что пошел добровольцем на фронт.
— Тебя же могут убить! — после короткого молчания всхлипнула жена.
— Успокойся, дорогая. Выжил в ополчении, постараюсь и теперь. Ну, все. Целую. У меня только две минуты. — И отключился.
Через три недели подготовка закончилась. Бывших заключенных отправили в зону спецоперации, под Попасную. Раньше Юрка в ней бывал с отцом. Ездили на авторынок и навещали его приятеля, с которым отец служил в армии. Ополченцы пытались освободить город от украинских оккупантов в 2014-м, но тогда ничего не вышло. Было мало сил.
После подписания Минских соглашений город находился под контролем ВСУ на линии разграничения сторон, а потому все последующие восемь лет украинские нацисты превращали Попасную и её окрестности в мощный укрепрайон. Отсюда же велись постоянные артиллерийские и ракетные обстрелы территории ЛНР.
Попасная была окружена системой взводных и ротных опорных пунктов с окопами, блиндажами, долговременными огневыми точками и скрытыми ходами сообщения. Все это позволяло при необходимости быстро перебрасывать технику и личный состав на огневые позиции и оперативно отходить в укрытия.