Обнаружив на стоящем рядом ломберном столике пульт, взял его и навел на плоский, висящий на стене экран японского «Панасоника».
возник на экране популярный на Украине певец Остап, а потом рядом с ним сексапильно затрясла сиськами его жена Настя.
дружно заорала пара, и Деркачу захотелось секса.
«А почему нет?» — подумал он, извлекая из-под полы халата сотовый телефон и нажимая на кнопки.
Спустя полчаса в прихожей затиликал домофон, и наружная камера высветила у входной двери дома прибывшего из ресторана гонца с несколькими пакетами.
— Вiдкрываю! — пробасил Васыль и вскоре получил все то, что было заказано: горячую, истекавшую соком, курицу-гриль с армянским лавашом и зеленью, упакованный в облатку сыр «Эдем», бутерброды с красной икрой, а к ним — банку кофе и торт «Киевский» с каштанами на коробке.
Когда он, накрыв стол, поставил на него две бутылки — одну початую, с виски, а вторую с итальянским «Кьянти», — домофон снова ожил. Это прибыла заказанная в интим-салоне ночная фея.
После короткого знакомства, сопроводившегося возлияниями и тихой музыкой, в одной из спален до утра скрипела кровать. Напористо и ритмично. А поутру уставший, но бодрый Деркач, сидя рядом с водителем, мчался на «форде» в штаб Майдана.
Революция продолжалась.
Глава 4. Пир после чумы
С приходом весны начались боевые действия националистов в отношении восставшего против них Донбасса, названные антитеррористической операцией. Для участия в ней в Киев были доставлены солдаты удачи.
В числе группы, насчитывающей три сотни бойцов, прибыли и Блад с Залесски.
— Ну вот, Джек, — сказал майор, когда их разместили на одной из армейских баз вблизи столицы. — Сбылась твоя мечта повоевать с русскими.
— Но ведь те, которых здесь называют сепаратистами, вроде тоже украинцы?
— Один черт! — ухмыльнулся Залесски. — Все они здесь русские. Кстати, среди прилетевших с нами парней есть один, который из тех мест. Зовут Серж Рубин, раньше служил в Иностранном легионе.
— Он что, русский? — удивился Джек.
— Самый настоящий. Воевал в спецназе на Кавказе, а потом выехал в Европу, став солдатом удачи.
— И что этот парень рассказывает?
— Тот регион, что предстоит зачистить, именуется Донбасс, а сепаратисты — шахтеры.
— Шахтеры — крепкие ребята, — тяжело ворочая челюстями, сказал Джек. — Но у них нет боевой выучки.
— Не скажи, — нахмурился майор. — Серж рассказывал, что многие из них служили в армии, причем в элитных войсках: десантниками, морпехами и пограничниками.
— Все равно это сброд! — выдул Джек изо рта пузырь. — Мы разнесем всех этих сепаратистов в клочья.
— Это само собой, — согласился Залесски. — И главное, неплохо заработаем.
На следующий день они решили ознакомиться с украинской столицей. А в качестве гида пригласить того самого Сержа, оказавшегося разбитным и компанейским парнем. К тому же он когда-то окончил здесь военное училище и обещал интересную экскурсию, а заодно знакомство с местными красотками, жратвой и напитками.
Выехали утром, сразу после завтрака, на военном «хаммере» из американской гуманитарной помощи.
Киев удивил повидавших многие столицы мира наемников своею неповторимой красотой и величием.
— Колосаль! — не переставая, восхищался устроившийся рядом с Бладом на заднем сиденье французский легионер Поль Готье. — В шарме не уступает Парижу!
— А крыши церквей из чего? — поинтересовался у сидящего за рулем Сержа практичный Залесски, когда перед ними открылись купола Киево-Печерской лавры.
— Из золота, майор, — небрежно ответил тот. — У нас его много.
— В 1941-м мой дед победоносно вошел в этот город, — глядя в окно, сказал напросившийся с ними пятый «турист» — австриец по фамилии Рунге. — Дед был командиром танковой роты.
— А потом? — обернулся Серж.
— Сгорел под Прохоровкой.
— Ты приехал мстить? — покосился на немца Блад.