На новом месте работы все почти с первого его рабочего дня поняли, что Александр никак не является типичным чиновником и вряд ли может стать им в будущем, но, как и предсказывал Алексей, сразу избавиться от него не посмели. Потом же просто привыкли к тому, что работает у них человек со странностями. К тому же Александр был абсолютно неконфликтным человеком, лично никому не мешал и чисто формально со своими обязанностями вполне справлялся.
Самого же его новая строго регламентированная формализованная работа тяготила. Его стремление к творческой деятельности не находило выхода. От полной безысходности поначалу Александр даже серьезно увлекся совсем новым для себя вопросом — оптимизацией государственных расходов направляемых на поддержку экономических проектов. И математически точно доказал, что государственные средства расходуются совсем не на те проекты, тратятся фактически впустую, что поддерживаемые экономически эффективные коммерческие проекты были бы все равно реализованы без всякой поддержки. Обосновал критерии, по которым должны отбираться для получения государственной поддержки проекты, от государственных расходов, на реализацию которых действительно можно было получить не мнимый, а реальный эффект, ускорить развитие экономики страны.
Сделанные Александром обоснования и выводы даже были опубликованы и вызвали интерес у некоторых членов многочисленных в те годы иностранных делегаций. Но его предложения применяться на практике так и не стали.
— Ведь все же на словах соглашаются с моими расчетами. И я никак не могу понять, почему мы до сих пор распределяем деньги по традиционной схеме? Почему мы не оптимизируем этот процесс хотя бы на территории нашей области? — как-то изрядно выпив по случаю какого-то праздника, спросил у своего непосредственного начальника в администрации Александр.
— Слушай, Саш, ну ты действительно прямо человек ни от мира сего. Ну, что здесь может быть непонятно? Все же предельно просто. Если распределять деньги согласно твоему предложению, то невозможно будет получать откат. Именно поэтому твоя схема распределения средств никогда и нигде использоваться не будет, — совершенно серьезно ответил так же сильно нетрезвый начальник.
Начальник Александра был довольно циничным человеком, но на трезвую голову никогда ничего подобного не позволил бы себе произнести вслух, так как одновременно он был и очень осторожным человеком. Жил по принципу, как бы чего не вышло, и тщательно обдумывал каждое свое слово или действие. Чем-то сильно напоминал Алексея, но, конечно, если их двоих поставить рядом, то стало бы ясно, что он представляет собой лишь бледную тень Алексея. Наверное, именно поэтому начальник Александра навсегда застрял в областной администрации и не смог, не смотря на большое желание, перебраться в Москву.
— Так что же по этой же причине она не используется нигде и заграницей? Многие наши зарубежные коллеги весьма заинтересованно расспрашивали меня о моих обоснованиях.
— А ты серьезно веришь, что они там все такие правильные и сколько-нибудь значительно отличаются от нас в лучшую сторону? Они отличаются лишь в мало, что значащих деталях, а в действительно главном мы все одинаковы, — заплетающимся языком ответил начальник и, как-то сильно погрустнел, — так, что причина отказа от реализации твоих идей действительно одна на всех.
— Но, ведь эффективное расходование бюджетных средств всем же выгодно.
— Вот именно, что всем, а надо что бы оно было выгодным вполне конкретным людям. Когда можно получить большую персональную выгоду, то про общую обычно забывают. По рассуждать на тему эффективности расходования бюджетных средств конечно можно, а почему нет? Тем более с тобой. Ведь все же понимают, что твоя карьера уже завершена. Тебе, Саш, никогда ни занять должность, которая позволила бы тебе реально повлиять на процесс управления хотя бы в одной отдельно взятой губернии.
— Так значит то, что я делаю никому не нужно? И годиться разве в качестве развлекательного чтива?
— К сожалению это так и поделать с этим ничего нельзя. Но может то, что все складывается именно так даже и к лучшему. Во всяком случае, для тебя лично. Саш, ведь ты же честный порядочный человек. Жаль будет, если тебя сломают и уничтожат. Не лез бы ты лучше, от греха подальше, ни к кому со своими идеями. Если уж тебе так очень хочется, ну пиши статейки, а еще лучше займись наукой, защити диссертацию.
После этого разговора Александр не стал писать статьи или тем более диссертацию — он просто сломался, превратился в некое подобие бездушного механического человека исправно выполняющего порученную работу от и до без каких либо попыток проявить инициативу даже в мелочах. Он больше ничего не изобретал, его абсолютно перестала интересовать судьба старых изобретений. И даже его стол в квартире, как-то сам собой незаметно был очищен от инструментов и деталей, которые были убраны им в самые дальние уголки квартиры. Он практически полностью перестал улыбаться, шутить, весь как-то потух и жил, словно по инерции. И Наташа как-то тоскливо призналась, заехавшему к ним в гости Алексею: "В бытовом плане жизнь у нас наладилась даже в лучшей степени, чем я могла бы ожидать, зарплаты Александра нам более чем хватает, но, знаешь в Саше, как тогда, что-то надломилось ведь, так до сих пор и не выправилось. Понимаешь он, словно не живет, а существует, как какой ни будь очень хорошо отлаженный механизм. И это касается не только работы, но, что самое главное, и личной жизни. Нет, ты не подумай, я не жалуюсь и уж тем более даже не думаю в чем-то тебя упрекать, но все же он тогда был прав и ему действительно нужна совсем другая работа. Я понимаю, что в существующих сейчас условиях нашей жизни подобрать действительно подходящую для Саши работу практически нереально. Но ведь надо же как-то Сашу из этого жизненного ступора выводить? А, как и чем ему помочь, я не знаю".
Алексей тогда ничего Наташе не ответил. Возможно потому, что просто не знал ответа, а возможно он просто ничего не понял. Ведь сам он с подобными проблемами никогда не сталкивался.
Глава 3 Обретение вечной молодости.
Александр в одних трусах стоял перед зеркалом в ванной своей квартиры. Он с Наташей только что вернулся из Москвы с похорон его брата. Алексей не дотянул до своего шестидесятилетия всего несколько дней. У него внезапно отказало сердце, а может вовсе и не внезапно, ведь Алексей никогда по настоящему капитально у врачей не обследовался и возможно просто терпел боли, так как не любил ни лечиться, ни соответственно врачей. Он до самого конца вел образ жизни вовсе не способствующий долголетию. Продолжал и после пятидесяти лет иметь беспорядочные половые связи, курить и пить также как и в молодости. К тому же с возрастом полностью перестал заниматься спортом и стал вести малоподвижный образ жизни. Ел все, подряд, совсем не задумываясь о том негативном влиянии, которое может оказать на состояние его здоровья только что съеденное им. Совершенно не заботился об обеспечении для себя нормального отдыха. Часто просидев допоздна с друзьями в ресторане, затем отправлялся к кому ни будь из них на квартиру, где продолжал пить до утра. При этом занимался групповым сексом вместе, как правило, с совершенно случайными женщинами, подобранными их компанией, где-нибудь по дороге, а утром, так и не поспав ни часу, совершенно не отдохнув, шел на службу. И такое чудовищное насилие над своим организмом можно было сказать, что он совершал регулярно. Таким образом, Алексей делал все, что только было возможно для причинения вреда своему здоровью, ну разве что наркотики не употреблял. Но даже в этом Александр не был уверен.
Из того, что знал Александр об образе жизни своего брата, выходило, что он сам умышленно хотел умереть в сравнительно молодом возрасте. Стремясь при этом взять от своей жизни максимум, отжать из нее все приятное до последней капли пока это еще позволяло сделать здоровье. Возможно, Алексей очень не хотел становиться немощным стариком и даже страшился старости. И не видел иного выхода избежать ее, кроме, как уйти из жизни еще до ее наступления. Тогда ему все удалось. Он ухитрился измотать свой, наделенный от рождения богатырским здоровьем, организм как раз к нужному сроку. При этом ему не пришлось в прямом смысле становиться самоубийцей.