* * *
Когда я проснулась в следующий раз, сквозь высокие окна светило солнце, и я услышала бормотание мужских голосов, где-то в комнате.
Я переключила своё внимание на тело и сделала два открытия. Первое: я могла двигать руками и ногами. Второе: мои движения приносили адскую боль. Я плотно сжала губы от боли, но всё равно всхлипнула.
Возле моей кровати появились Хамид с Хавьером.
— Как хорошо, что ты вернулась к нам, — с улыбкой сказал Хавьер. — Старайся не двигаться. Я начал уменьшать дозу лекарств, чтобы позволить твоему Мори взять на себя исцеление, но ты пока ещё не в той форме, чтобы двигаться.
Я состроила гримасу.
— Я уже заметила.
— Хавьер даст тебе какое-нибудь обезболивающее, — сказал Хамид.
— Не надо, — соврала я.
Я закашляла и, казалось, кто-то вонзил нож мне в грудь. Я прикусила губу, чтобы не вскрикнуть.
Хамид заключил мою руку в свои ладони.
— Ты через многое прошла. Слёзы не сделают тебя слабой. Как и болеутоляющее.
Я нахмурилась и попыталась вырвать руку из его хватки.
— Я не плачу.
Он улыбнулся, и на короткий миг я полностью позабыла о боли.
— Рад видеть, что ты не утратила свою строптивость, — сказал он.
Я фыркнула и снова попыталась вытащить свою руку.
— У тебя, что нет дел получше, чем тусоваться здесь.
— Неа.
Я повернула голову и увидела, что Хавьер исчез в кабинете. Он вернулся со шприцем, наполненным светло-голубой жидкостью.
— Что это?
Он ввёл вещество в мою капельницу.
— Это поможет тебе с болью.
— Я же сказала, что ничего не надо, — я моргнула, когда меня накрыло дремотой, сделав мои слова невнятными. — Проклятье. Я надеру тебе задницу, когда вылезу из этой постели. Вам двоим.
Хамид усмехнулся.
— Я жду этого с нетерпением.
Мой колкий ответ застыл на языке. Я поддалась действию лекарства.
* * *
В следующий раз, когда я открыла глаза, за окнами уже было темно. Я повернула голову, ожидая увидеть Хамида на стуле, но он оказался пустым. Признаков Хавьера тоже нигде не было. Должно быть, мои показатели стали гораздо лучше, если они оба посчитали нормальным оставить меня одну.
Я осторожно подвигала руками и ногами, и с облегчением выдохнула, когда не испытала боли. Капельницу убрали. Хорошо. Может быть, теперь я смогу свалить из этой комнаты.
Сесть было проблематично. Боль, может, и исчезла, но я была слаба как новорожденный котёнок.
Я опустила ноги с кровати и замерла. Волна головокружения накрыла меня. Я бы снова легла, но мой мочевой пузырь внезапно решил, что его следует опустошить. Не говоря уже о том, что у меня было ощущение, будто я неделю не мылась. А ещё я была жутко голодна, но еда могла подождать, сначала надо было позаботиться о более срочных делах.
Я была совершенной разбитой, но Боже, как же здорово было быть живой.
Я умудрилась встать и начала прокладывать свой путь к ванной комнате в отделении, используя стену для поддержки. У меня ушло несколько минут, но я добралась. Сменной одежды у меня не было, но я нашла чистые больничную рубашку и полотенца в платяном шкафу рядом с ванной. Зачёт.
В ванной была большая душевая кабина, укомплектованная шампунем и мылом, шагнув под струи горячей воды, я блаженно застонала. Я была в раю.
Головокружение тут же охватило меня, стоило мне убрать руку от стены и держаться своими силами. Перед глазами поплыли чёрные точки, и я прислонилась к плитке, делая медленные глубокие вдохи.
Когда мои ноги начали дрожать, я раздражённо выругалась. Я не смогу вернуться в кровать, не распластавшись где-нибудь по пути назад.
Я повержено склонила голову. Не самая моя лучшая идея.
Я не замечала появление Хамида, пока не открылась дверца душевой кабины. Раньше, чем я смогла запротестовать, он выключил воду и шагнул внутрь.
— Тебе нельзя вставать.
Он обхватил меня рукой и наклонился, чтобы подхватить мои ноги.
— Я воняю, — заныла я, когда он поднял меня на руки. — Я просто хотела помыться.
Он снова поставил меня на ноги и, держа одной рукой за талию, он протянул другую и включил душ. Он передвинул нас под поток воды, беспечно отнесясь к тому факту, что он был полностью одет, и начал намыливать мои волосы шампунем.
— Что ты делаешь? — спросила я, но потом застонала, когда его сильные пальцы стали массировать мою голову. Боже, как же приятно.
Он не ответил, продолжая ухаживать за мной.
— Это серьёзное нарушение второго правила, — пробормотала я, заслужив от него смешок.
Он намылил мои волосы и повернул меня так, чтобы смыть шампунь. Рука на моей талии сдвинулась, и он кистью задел нижнюю часть моей груди. Жар расцвёл в местах, которые и рядом не должны находиться с этим мужчиной без нескольких слоёв одежды между нами.