– Тише, тише! Я поняла! – судя по теплоте в голосе, собеседница улыбнулась. – Просто не уверена, что моё присутствие будет уместно.
– Сонь, я хочу, чтобы ты была там рядом со мной. Мне важно ощутить твою поддержку. А вдруг ты мой счастливый талисман и поможешь победить? – нагло шантажирую, играя на чувствах, но мне действительно хочется видеть свою крошку на трибуне.
– Ну ладно… Если это для тебя так важно… – произносит с сомнением. – Я приду.
– Вот и отлично! Тебя пропустят без проблем, тем более Анфиса Павловна тебя уже знает. До скорой встречи… любимая! – пробую непривычное слово на вкус, спотыкаясь об него и удивляясь его странному послевкусию и форме.
– До свидания!
Чувствуется, Соня хочет сказать что-то ещё, но вместо этого нажимает отбой.
Телефон пиликает вновь, не глядя на экран, тут же принимаю вызов. Всё-таки моя малышка тоже решила сказать мне что-то нежное? Какая умница!
– Да, милая, тоже хотела сказать, что любишь меня? – произношу, предвкушая ответ Сони, но вместо этого меня оглушает леденящая тишина. С сомнением и дурным предчувствием смотрю на входящие номер и чертыхаюсь. Сейчас на проводе Анжела.
– Как интересно! – шипит бывшая змеёй в трубку. – И что же эта за милая, которую ты любишь. Уж явно не я! Та худосочная сука, с которой недавно начал встречаться? Только запомни, дорогой, ты мой! Усёк?
Телефон сочится короткими ядовитыми гудками, наполняющими ощущением неминуемой беды.
Глава 17
Мне давно пора выходить, но ноги словно приросли к полу, никак не могу заставить себя сделать хотя бы шаг… Не знаю, что и делать. Может, позвонить Демьяну и всё отменить? Скажу, что заболела и поэтому не приду на его бой. Слишком многое сейчас намешано в душе, никак не могу себя заставить сделать выбор, барахтаясь в трясине сомнений. А ведь я была в одном шаге, чтобы открыться возлюбленному, но его эмоциональная речь про журналистов меня остановила…
К чёрту это всё! Я заслуживаю право на счастье, поэтому сейчас накрашу губы алой помадой и пойду поддерживать своего победителя, ведь он сам сказал, что для него это важно. Буду не разнюхивающей журналисткой, а влюблённой женщиной!
С этой мыслью, наконец, выбегаю из дома, понимая, что безнадёжно опаздываю, а ведь хотела заскочить к Дёме в раздевалку перед боем и поцеловать его на удачу. В такси нервно постукиваю пальцами по панели, на что пару раз получаю косой недовольный взгляд водителя, но не могу побороть нервозность.
«Еду к тебе, скоро буду!» – отправляю сообщение Демьяну, которое так и остаётся непрочитанным. Всё логично, он предупреждал, что перед боем будет занят и ему не до телефона. Когда, наконец, показываются знакомые очертания спорткомплекса, уже притопываю от нетерпения. Сегодня на парковке не протолкнуться: машин непривычно много, причём сплошь дорогие иномарки, стоящие как небольшая квартира.
Выскакиваю из такси, едва оно останавливается, и со всех ног бегу к зданию, не обращая внимания на окружающих. Хотя мне лишь кажется, что я не обращаю, но натренированный мозг сам собой фиксирует детали, запоминает мелькающие лица, подбирает эпитеты и формулировки для описания. Внутренний журналист не дремлет и уже думает, как использовать увиденное для репортажа.
– Во, ещё одна профурсетка явилась! – недовольно поджимает губы Анфиса Павловна вместо приветствия.
Даже не слушаю, что там бубнит старая карга, которая невзлюбила меня с первого взгляда. Есть у меня подозрение, что эта фурия просто не равнодушна к Демьяну. По крайней мере, при виде него она тут же расплывается в улыбке и общается таким приторно-елейным голосом, что не узнать. Прям божий одуванчик на весеннем лугу.
– Здравствуйте! – кидаю, не поворачиваясь, и припускаю дальше.
В холле полно народу: мужчины в деловых костюмах чинно беседуют о чём-то, попадаются молоденькие девчонки в открытых платьях, всячески старающиеся привлечь внимание сильного пола. Проталкиваюсь сквозь толпу и сворачиваю в коридор, ведущий к раздевалке. К счастью, тут никого, смогу проскочить к возлюбленному, хоть и понимаю, что лучше не отвлекать его перед боем, но я ведь всего на секундочку. Представляю, как удивлённо округлятся искристые глаза Демьяна, а затем от улыбки появятся очаровательные ямочки на щеках, которые так люблю целовать.
Рука тянется к ручке двери в раздевалку, но тут створка сама распахивается, за секунду до моего прикосновения, и в коридор выплывает высоченная блондинистая девица на шпильках, делающих её длинные ноги и вовсе бесконечными. Она поправляет подол задранного платья, демонстрируя мне, что не носит нижнего белья. Грудь полноценного четвёртого размера оказывается у меня прямо перед глазами, закрывая обзор. Поднимаю глаза выше и встречаюсь с оценивающе-ненавидящим взглядом, который буквально обжигает.