Я наслаждалась песней, стоя в сторонке, и приглашение на танец для меня стало полной неожиданностью. Когда спортивный мужчина лет тридцати с небольшим, появился передо мной с протянутой рукой, я сначала замерла, не понимая, что он хотел, а когда осознала, то секунду сомневалась, но решила выйти, наконец, из зоны комфорта. На физруке была голубая рубашка, чёрные брюки и лаковые туфли, симпатичное загорелое лицо с прямым носом и тонкими губами обрамляли короткие тёмные волосы. Мне не удавалось рассмотреть его раньше, но сейчас я видела, что его внимательные взрослые глаза были достаточно умными для простого физрука. Интересно, а почему он пригласил меня?
Направляемая сильными руками, я не чувствовала себя неуклюже, но и отдаться танцу полностью не могла. Мне было некомфортно, но я не понимала почему. Однако, подсознательно уже знала в чём дело, и боялась убедиться в правильности мыслей.
Почувствовав, как меня прожигали взглядом, я всё же посмотрела направо, и моя кожа запылала. Там не было ничего необычного, и оставалось не много вариантов. Метнув взгляд влево, перестала замечать на плече и в ладони руки физрука. Егор сверлил меня взглядом. Боже, он стоял рядом с Захаром и неотрывно смотрел на меня, пребывая не в самом лучшем настроении. Я хотела знать о чем он думал. В этом я была уверена.
Белая рубашка, заправленная в тёмные джинсы, подчёркивала крепкую фигуру, которая не могла не привлекать внимание. Чуть опущенное лицо придавало парню мрачности, а вьющиеся волосы, растрёпанные в хулиганской причёске, спадали на лоб. Он, вероятно, уже давно был здесь и успел потанцевать. Между нами было по меньшей мере пять метров, но даже отсюда я видела, как полыхали его глаза.
Вдруг, резко схватив крутившуюся рядом девчонку, он повёл её танцевать, больше не глядя на меня. Он отвёл взгляд, но я не могла сделать того же.
Девушка, кажется, это была староста одиннадцатого «а», удивилась, но обрадовалась. Её рыжие кудрявые волосы походили на мочалку, а безвкусное блестяще-зелёное платье только подчёркивало недостатки. Я, конечно, не назвала бы себя ценителем моды, но была уверена, что Маша бы со мной согласилась.
Молниеносно оказавшись рядом со мной, их пара начала танцевать, и когда Егор поворачивался лицом, то в открытую рассматривал меня. Он смотрел так многозначительно, но я не понимала, что означали его безмолвные реплики. Он злился? Или смеялся надо мной? Когда же перед моим взором предстало выражение лица девушки, я поняла - парень ей ну очень нравился, она балдела в его руках. А мне не нравились её ладони на его спине. Очень не нравились.
Блин!
Когда наши с Егором взгляды сталкивались, я тоже не могла отвести глаз. На секунду мне даже показалось, что моим партнером был Лизавенко, а потом я вспомнила, как мы неуклюже танцевали в клубе, и отвернулась. Нахмурилась, ощутив слабый укол стыда, и вздохнув, переключила внимание на Фёдора, теперь я вспомнила как его зовут и повторяла про себя его имя.
Фёдор, Фёдор, Фёдор, Фёдор...
Лишь бы не думать о том, о чём не нужно.
Но дыхание было неровным от ощущения взгляда, а мысли то и дело перепрыгивали с коллеги на ученика и обратно.
Когда танец, показавшийся безумно долгим, закончился, мы с физруком говорили, и мне всё-таки удалось отвлечься от мыслей о школьнике. Передо мной красивый мужчина, и меня совсем не интересуют сопливые подростки. Я не сошла с ума, - вдалбливала это в голову, но самой себе больше не верила.
Я чувствовала себя спокойно и свободно разговаривала с ним на разные темы: про школу, про работу, про спорт, не касаясь ничего личного. Просто разговор двух коллег и ничего больше.
- Ну, она и говорит, Петя, пусть твой отец ещё раз заглянет в школу. Мне нужно решить с ним пару вопросов, - произнёс Фёдор, пародируя женский голос, затем продолжил уже своим, - А Петя Романов, видимо, прекрасно знал какие «вопросы» учительница географии решала с его отцом, поэтому выпалил всё, что об этом думал, прямо перед всем классом, - доверительно поведал физрук, ехидно приподняв брови.
Сплетник.
Я рассмеялась, покосившись на нетрезвую женщину в другом конце зала. И как её ещё с работы не уволили?
Конечно, смеяться над этим не очень хорошо, ведь такому человеку не место в школе, это очевидно, но смех из меня буквально вырывался, наверное, из-за нервов. Только потом, осознав, что это ненормально, сделала пометку в голове, так, на всякий случай, если вдруг появится возможность аккуратно донести до руководства о её поведении. Но я подозревала, что у этой женщины здесь имелись некоторые связи, поэтому все всё знали, однако умело закрывали глаза.