Меня атаковывали комары, будто кто-то дал им команду, поэтому я решила уйти от воды и по дороге убедила себя, что обязана проверить как там ребята. Хотя, в самом деле, о своих учительских обязанностях я думала в последнюю очередь, но с чистой совестью побрела в тот домик, уверенная, что на то имелась достаточно веская причина.
Зайдя внутрь, я расстегнула тёмно-синюю толстовку и прислушалась к шуму наверху. Многочисленные голоса подпевали Bumble Beezy, пока Дайджест разносилась на весь дом. На полу безобразно валялась обувь, моя аккуратно стояла в углу. Этот дом изнутри казался больше, чем снаружи, но воздух здесь был горячее - наверное, из-за большого количества народа.
- Юль, ты видела Захара? - донеслось откуда-то справа, - Не могу найти наше шампанское.
- У мальчиков в комнате смотрела?
Я прошла дальше; слева оказалась просторная кухня, где хранились все продукты. Не помню, обедала ли я сегодня, так что грех было не воспользоваться случаем отведать чего-нибудь кроме картошки и макарон.
Посередине комнаты располагался длинный стол, который никто не потрудился накрыть должным образом. На него были безобразно свалены пакеты с едой и использованная одноразовая посуда затесалась где-то между ними. Заметив на нём открытую упаковку пластиковых стаканчиков, я взяла один, наполнила его льдом, найденным в морозильнике, и налила себе газировки. Есть перехотелось, как только я подумала о своём намерении идти наверх, но нужно было охладиться, прежде чем я это сделаю. Кожа пылала, словно в комнате было не меньше тридцати градусов.
Я как раз пила, когда они вошли, поэтому чуть не выплюнула всё обратно в стакан - так это было бесшумно и неожиданно. В кухню буквально влетел Лизавенко, за которым следовала девочка, с которой он танцевал на балу.
Опять она. Интересно, что их связывало?
- Я видела его здесь, Егор, - сказала она, ломая голос, чтобы он казался более загадочным или типа того, - Ну, мне так кажется.
Она притворно вздохнула, бросив на парня взгляд, словно ожидая, что он повернётся и посмотрит на неё, но было очевидно, что Лиля интересовала его меньше, чем пропавшая вещь.
Егор сосредоточился на столе, ища что-то, и меня не замечал. Притихнув возле холодильника, я боялась, что он повернёт голову влево и увидит меня.
Но какого фига? Я взрослая женщина, в конце концов, и должна взять себя в руки.
Моё сердце билось так же сильно, когда моё притаившееся туловище, наконец, заметили. Лиля разочарованно скривилась, но быстро вернула на лицо улыбку. Егор мгновенно забыл зачем пришёл, по крайней мере мне так показалось, потому что он с какой-то едва заметной тоской и детской обидой взглянул на меня, и вниманием его завладела я полностью, сама того не желая.
Я нервно облизнула губы, попрежнему стискивая стакан в руке, мечтая, чтобы никто не услышал, насколько громко стучало сердце.
- Как дела? - я нарушила тягостное молчание, но собственный голос казался чужим - встревоженным, нервным.
Его тёмно-синяя футболка облегала торс там, где выпирали мышцы, и я крепче сжала столешницу позади себя, пытаясь сосредоточиться.
Стоп. «Как дела?»
Я про себя чертыхнулась.
Как дела!?
Он тяжело вдохнул, его губы дрогнули, на них на секунду проступила не то улыбка, не то оскал, а затем парень просто развернулся и ушёл, оставив мой дурацкий вопрос без ответа. На грудь словно опустилась каменная глыба, и я с трудом сглотнула, прикрыв глаза. Егор просто ушёл. Нельзя было отпускать его.
- Всё в порядке, Акулина Дмитриевна! - неуместно-жизнерадостно произнесла Лиля, - Только я думаю, что Ширяев очень пьян и его следует отправить спать, - её неспешная манера говорить меня раздражала, - А ещё, лучше забрать у всех алкоголь, чтобы ничего плохого не случилось.
Готова поклясться, что она считала себя лучше других, когда жаловалась мне на своих одноклассников.
Меня всё ещё мучила жажда. Я сделала один глоток, затем ещё и ещё, пока стакан не опустел. Лиля как-то странно на меня посмотрела, ожидая какой-нибудь реакции, и я кивнула, как бы говоря «мне всё понятно, спасибо за твою бдительность», хотя меня не интересовало то, что должно было по долгу службы. Не желая тешить эго девочки какими-то ни было репликами, я приняла вид, означающий, что разговор окончен.
Лиля меня бесила. Абсолютно не обоснованные мысли, но я не могла отрицать этого.
Она ставила себя выше других. К тому же, девица крутила возле Егора задом, словно была какой-то невообразимой красавицей, хотя в самом деле ничего особенного из себя не представляла. Обычное лицо, обычное тело - без выдающихся форм, с безвкусно подобранной одеждой, подчёркивающей недостатки. Голос её был скрипучим и грубым, слегка даже походившим на мужской, а характер, насколько я могла судить, - скверным. Но её уверенности, конечно, можно было позавидовать.