— Только об этом доме почему-то забыл. Но я поняла твою мысль, — задумчиво проронила Серена. — Ремонт можно оплатить, вполне официально, из суммы прибыли.
Райан кивнул.
— Пойдем посмотрим спальни.
Они решили, что Райан займет спальню с видом на гавань, а Серена ту, что в глубине дома, из окон которой были видны заросший сад, слева кусочек моря, с полмили суши, а также церковь с башенками и небольшое кладбище. Такое распределение Серену вполне устраивало: ей не придется постоянно вспоминать о Кейндейле, если в поле ее зрения будут только цветники, церковь и открытое море.
— Насколько я понял, на сегодня с сюрпризами покончено? — поинтересовался Райан, когда они спускались по лестнице. Серена рассмеялась.
— Что, втянула тебя в авантюру, утащив из Австралии?
Они вышли на улицу. Райан захлопнул входную дверь и запер дом, передав ключи девушке.
У машины Серена помедлила.
— Вообще-то вопрос никогда не ставился так, что я отказываюсь от Кейндейла, Райан. — Она вскинула брови, пытаясь придать своему голосу воодушевление. — Я охотно подписала все необходимые документы, когда ездила к мистеру Эндрюзу. Никто не держал пистолета у моего виска. Я приняла вызов отца, так что Кейндейл теперь действительно мой!
Райан, казалось, вовсе не был удивлен ее сообщением.
— Я очень рад!.. — сказал он, крепко сжимая руку девушки. — Очень рад, Сера! Но я и не сомневался в том, что ты так поступишь.
Они выехали из долины и повернули к Райвлину. Райан от души хохотал над встречавшимися время от времени табличками с несуразными названиями.
— Ты только взгляни на ту, что с твоей стороны! Коровий переулок! Неужто и впрямь коровий?
Глаза Серены автоматически метнулись к зеркалу заднего вида. Убедившись, что за ними никто не едет, она мягко нажала на тормоза, остановив автомобиль на заросшей травой обочине, и устремила взгляд на неширокую дорогу, которая, ответвляясь от шоссе, убегала на север долины.
— Надо же, — тихо промолвила девушка. — Напрочь забыла про него. Как я могла?
— У тебя с ним связаны какие-то воспоминания?
Райан искоса посмотрел на нее.
— Там был один дом, — стала рассказывать Серена. — Он стоял прямо на вершине горы в разросшемся неухоженном саду. У него была покатая красная крыша с полуразобранной черепицей, а стекла в окнах были с трещинами или вообще выбиты. Мне кажется, его в жизни не красили. «Скверный дом»! Так мы его окрестили. — Девушка задумчиво улыбнулась. — В нем жила одинокая эксцентричная старушка с кошками. Мы, дети, думали, что она — ведьма, потому что, едва кто-нибудь из нас приближался к дому, она тут же выскакивала с метлой в руках и криком прогоняла нас.
Райан тихо рассмеялся.
— Хочешь, съездим посмотрим, на месте он или нет?
Серена рассеянно пожевала нижнюю губу, затем мотнула головой.
— Меня дрожь пробирает уже от одной мысли о нем. Да к тому же, наверно, он совсем заброшен, если вообще не развалился. — Она повернулась к Райану с веселой улыбкой. — Мне кажется, я и сейчас перепугалась бы до смерти, как в прежние времена, если бы вновь увидела старуху с метлой.
— Тогда, может, в другой раз, угу?
— Может быть, — кивнула Серена. — Хотя некоторые вещи лучше забыть. Не всегда полезно копаться в прошлом, верно?
Говоря это, она думала о Холте, совершенно точно зная, что будет обходить стороной еще один коттедж на той же самой узкой улочке. Коттедж, в котором он жил со своей тетушкой Вив. Она не желает вновь столкнуться с ним, как не желает — в данный момент — упоминать его имя Райану.
Вивиан Блэквуд и Мари Уайатт приходились сестрами отцу Холта. В детстве Холт пережил трагедию. Серена до сих пор помнила тот день, когда ее отец прочел заголовок в местной газете: «Авиакатастрофа во Франции — двое погибших!»
Холт, в то время еще даже не подросток, поселился с тетей Вив. Мари уже замужем за Гарри Уайаттом жила в Мидлсбро. Вив была несколько моложе Мари, у нее было больное сердце, и в браке она никогда не состояла, поэтому, когда именно она стала воспитывать Холта, который остался сиротой, все сочли это вполне естественным.
Интересно, он по-прежнему живет с Вивиан? Пожалуй. Вряд ли он мог позволить себе купить собственный дом, хоть Макс и одолжил ему денег на создание автотранспортной компании. Очевидно, весь доход от перевозок идет на расширение его бизнеса, — судя по тому, что он сказал ей во время встречи.