Серену до слез тронул его полный обожания взгляд, направленный на девочку. Она быстро сморгнула с глаз влагу и оживленно произнесла:
— Так и быть, новоиспеченный папаша! Показывай, как действует эта штука.
— Я не то еще могу, — заулыбался Райан. — Вот вернемся с Кирстен с прогулки по Кейндейлу, я такой обед состряпаю. Полшестого подходит? Успеешь к этому времени вернуться из Уинтерсгилла?
— Конечно, — ответила Серена. — Тут езды-то через пустошь меньше получаса. Что где лежит на кухне ты знаешь… В общем, развлекайтесь, ребята.
Райан и Кирстен, держась за руки, смотрели вслед автомобилю Серены, в котором в пассажирском кресле лежала в своей корзинке крепко привязанная ремнями Рин.
— Так непривычно, — со вздохом промолвил Райан, когда машина скрылась за последним крутым поворотом, — видеть ее с кем-то другим. Совсем не хочется отпускать ее с кем бы то ни было, да?
— Я к этому более привычна, — улыбнулась Кирсти. — Ты забываешь, мне ведь приходилось оставлять ее с Холли, когда я ездила в Кейндейл искать тебя.
— Не напоминай!.. — простонал Райан. — Я и так, едва закрывая глаза, вижу кошмары о том, как гоняюсь за тобой, а ты опрокидываешься со скалы.
— Ох, и перепугалась же я тогда, — поежилась Кирсти. — Правду говорят, что вся жизнь проносится перед глазами. — Она впилась пальцами в его руку. — Пока я висела там, уцепившись за твою ладонь, вновь пережила и роды, и все, что было до того.
— Почему ты не сказала мне про нее? — тихо спросил Райан, устремив затуманенный взгляд на обращенное к нему лицо Кирстен. — Я никогда не покинул бы Австралию, если бы знал про ребенка.
— Ты мне не доверял, — сказала она. — Вот что мне особенно обидно, Рай. Мы были так близки, а ты, попав в беду, отказался от моей любви.
— Я думал, ты станешь жалеть меня. — Он притянул ее к себе и угрюмо добавил: — Я не хотел быть тебе обузой.
— А для Серены быть обузой ты не постеснялся! — укорила его Кирстен с болью в глазах. — До сих пор не пойму, как ты мог так поступить.
Райан поднял голову и посмотрел на небо.
— Вот под этими пустынными синими небесами у меня было много времени поразмыслить о том, что со мной произошло. — Он замолчал на несколько долгих секунд, затем перевел взгляд на лицо девушки и продолжал: — Честно говоря, даже не знаю, почему я стал искать опору в Серено. Я был в ужасном состоянии, Кирсти. Я просто не знал, куда податься, что делать, а Серена оказалась тем человеком, на которого можно положиться. Одному Богу известно, как ей удалось протащить нас через весь этот кошмар с отцом, но удалось. Наверное, я чувствовал, что она не представляет для меня опасности. Понимаешь, о чем я?
— Нет, — покачала головой Кирсти.
— Ну… — Райан протяжно вздохнул. — Она была женой отца, а я ведь матери никогда не знал. Думаю, она в какой-то степени стала для меня олицетворением матери. То есть я хочу сказать, что никогда бы не смог полюбить Серену как женщину. Я знал, что она будет заботиться обо мне совершенно бескорыстно… или, как это говорится, не станет смущать покой моего сердца.
— Ты доверял ей…
— Да! Пожалуй. Наверно, как раз это я и пытаюсь выразить.
— Ты в первую очередь должен был довериться мне.
Он серьезно посмотрел ей в глаза.
— Я любил тебя, радость моя. С ума по тебе сходил. Я не мог допустить, чтобы ты из-за меня испортила себе жизнь.
Кирстен шагнула к нему в объятия и уткнулась головой в его плечо.
— Никогда, никогда не смогу понять тебя, — приглушенно проговорила она и, тихо засмеявшись, вновь заглянула ему в лицо. — Мы одни. Только ты и я. Впервые со дня моего прибытия в Англию. Одни!
— Потрясающее чувство, да? — улыбнулся Райан. — Правда, я уже скучаю по нашей лапочке.
Она ткнула кулачком ему в грудь.
— У тебя есть я. Или предлагаешь выразиться яснее? В нашем распоряжении весь дом на целых два часа.
— Я поведу тебя на экскурсию по Кейндейлу. Мы что сказали Серене?
— Сера не узнает о том, что мы делали: гуляли или провели все время здесь.
В глазах Райана заплясали веселые огоньки.
— А у меня ведь только односпальная кровать.
— Ничего, сойдет.
— Нет, не могу. Только не здесь. — Он грубовато хохотнул. — Черт побери, Кирсти, я потом Серене в глаза не смогу смотреть…
— Ну, хорошо! — Она нежно прижала к его губам два пальчика. — Хорошо, Рай! Мое дело — предложить. — Она поморщилась. — Теперь я точно знаю, что между тобой и Сереной ничего не было. Ты и впрямь говоришь о ней, как о матери.
— Ну, в некотором роде она мне мать. Она же была женой моего отца.