— Ты уверена, что тебе стоит в одиночестве копаться в вещах матери? — спросила Мари в четверг утром, собираясь отправиться в Кейндейл.
— Ничего со мной не случится. Неужто я не смогу совладать с собой, увидев драгоценности и прочие безделушки?
— Как знать? — озабоченно промолвила Мари. — Там хранится твое прошлое, дорогая.
— Вот именно, Мари. Прошлое. А мне теперь следует думать о будущем.
— Ты говоришь прямо как Макс, — улыбнулась Мари. — Знаешь, а в тебе ведь много от него.
— Полагаю, это очень кстати, раз уж я согласилась взять на себя заботу о Кейндейле. — Серена, лукаво улыбнувшись, стала убирать со стола грязную посуду, оставшуюся после завтрака.
— Ты больше не испытываешь ненависти к Кейндейлу?
— Нет. — Серена, отвернувшись от раковины, тихо засмеялась. — Эй! Ну что ты так тревожишься, Мари? Чувствую, что я скоро срастусь с ним душой и телом.
— И тебя не пугает, что ты изо дня в день будешь видеть только завод, и днем, и после работы — в окно своего тесного убогого домика.
— Завод — это всего лишь здание. Я постепенно узнаю людей, и они мне нравятся. По-моему, я им тоже нравлюсь, хотя некоторые не хотят забывать те глупости, что я вытворяла.
— Холт, кажется, приезжает завтра?
Лицо Серены омрачилось.
— Вроде бы рано утром… или, возможно, даже ночью.
— Что ты собираешься делать? — прямо спросила Мари, облокотившись на стол. — Скажешь ему о том, что нашла в чулане у него дома?
Серена передернула плечами.
— А куда ж деваться?
— Только не делай из этого проблему, любовь моя.
Девушка порывисто развернулась.
— Почему же? Думаю, я заслуживаю объяснения.
— Он ни в чем не виноват.
— Откуда ты знаешь?
— Знаю. — Мари уставилась взглядом в стол. — Знаю и все. Поверь мне, Серена. Ради Бога, не бросай ему в лицо дикие обвинения.
Серена, подбоченившись, подошла к столу.
— К чему ты клонишь, Мари?
Женщина подняла голову.
— Ты своенравная, прямая, заводишься с полоборота. Такая же, как Макс. А Холт… он ведь просто человек, дорогая, и я не хочу, чтобы ты губила свою жизнь…
— Еще раз! Ты ведь это хотела сказать, да?
Мари посмотрела ей в лицо.
— Да, — ответила она. — Это. Но только потому, что я знаю, каких мучений тебе это стоило.
— А не кажется ли тебе, Мари, что я обязана потребовать у Холта объяснения относительно куртки с капюшоном под лестницей в его доме, в которую, как утверждает молва, был одет человек, последним видевший моего отца живым? Разве это не мой долг перед отцом?
— Но у меня тоже есть куртка с капюшоном, Серена. — Мари встала из-за стола. — Показать?
— Не болтай глупостей.
— В чем же тут глупость? Под подозрением находятся все обитатели Кейндейла и окрестностей, имеющие куртки с капюшоном. Разве нет?
— Конечно, нет!
— Только Холт.
— Нет. Нет. Я вовсе не это имела в виду. — Серена была в смятении. — О, Мари, — она беспомощна развела руками, — я так не хочу, чтобы оказалось, что на обрыве с отцом находился Холт.
— Когда погиб Макс, Холт был в отъезде, в Шотландии. И тебе это известно.
— Да, — подавленно отозвалась девушка.
— Но ты почему-то сомневаешься.
— Он уезжал один. У него нет алиби.
— Его алиби — если таковое ему понадобится — тахограф. В тахографической карте указываются и фамилия водителя грузовика, и даты, и пункты назначения, и сколько часов он провел за рулем, сколько сделал остановок, откуда тронулся в путь, куда прибыл. Господи, Серена, ну как ты не понимаешь? Холта и близко не было в Кейндейле в день гибели Макса.
— Но мы ведь не видели эту карту.
— Не наседай на него, Серена. Говорю тебе, он не имеет никакого отношения к гибели Макса.
— Однако утверждать это с полной уверенностью ты не можешь.
— Могу, любовь моя. Поверь мне.
— На каком основании?
— Не спрашивай. На этот вопрос я отвечать не стану.
Одно скажу: выброси из головы мысль о причастности Холта к гибели твоего отца. Он не виновен.
— Значит, я должна весь остаток жизни провести в сомнениях?
— Серена, некоторые вещи приходится принимать на веру. — Мари взглянула на настенные часы. — Послушай, мне надо идти. Правда. Сегодня четверг. В десять должны привезти зарплату. Я не могу оставить это на Джеки.
— Прости, Мари. — Серена вздохнула. — Много со мной хлопот, да?
— Просто разберись в себе. Приведи в порядок свои мысли и чувства, а также тот идиотский дом, в котором вознамерилась поселиться. Сделай это. Сегодня. В выходные Марк перевезет мебель, а мы с тобой тем временем займемся малярными работами. Договорились?