Это не было страстным поцелуем. Скорее, легкое, вопросительное прикосновение, заставившее замолчать весь мир. Сердце замерло, а затем забилось с новой силой, отдаваясь громким стуком в висках. Я чувствовала его дыхание на своей коже, запах его одежды, легкий вкус кофе…
Мы застыли так на мгновение, которое показалось вечностью. Затем он чуть отстранился, всего на сантиметр, и я увидела, как уголки его губ поползли вверх в самой дерзкой и притягательной улыбке, которую я когда-либо видела.
— Я не против продолжить, если что, — прошептал он прямо мне в губы, и его голос звучал низко, чуть хрипло.
Этот шепот, как удар током, вернул меня к реальности. Я резко отпрянула, чувствуя, как по щекам разливается огненный румянец. Смущение накрыло с головой. Что я делаю? Я в своем уме?
И в этот самый момент, словно по заказу судьбы, с щелчком зажегся свет, и двери лифта с тихим шипением открылись, открывая нам знакомый коридор седьмого этажа.
Я стояла, не в силах пошевелиться, все еще чувствуя тепло его губ на своих.
Майк, все так же улыбаясь, сделал изящный жест рукой.
— После вас, мисс Изабелла.
Собрав остатки самообладания, я смущенно заправила выбившуюся прядь волос за ухо и, кивнув, вышла из кабины. Ноги были ватными, а в голове стоял звон.
— Курилка, я полагаю, все еще в планах? — его голос донесся сзади.
Я обернулась и встретила его взгляд — теплый, полный ожидания. И не смогла сдержать мягкую, почти застенчивую улыбку.
— В планах.
Мы разговаривали обо всем и ни о чем. О книгах, о жизни, о глупостях. Смеялись над абсурдностью ситуации. Часы пролетели незаметно, и за окном стало постепенно светлеть.
Когда небо стало почти алым от восходящего солнца, он вытащил телефон.
— Дай мне свой номер, — сказал он не как просьбу, а как нечто само собой разумеющееся, но в его глазах читалась неуверенность. — Хочу увидеть тебя снова. При других обстоятельствах.
Я, не раздумывая, продиктовала цифры. Риск? Безумие? Возможно. Но в тот момент это чувствовалось единственно верным решением.
Возвращаясь в свою квартиру, я парила по коридору. Усталости как не бывало, ее сменила странная, окрыляющая легкость. Заперев дверь, я прислонилась к ней, позволяя глупой, счастливой улыбке озарить мое лицо.
Потом достала телефон и быстрым движением отправила сообщение Рут:
«Срочно нужно встретиться. Перезвони, как только увидишь. У меня случилось НЕЧТО».
Я бросила телефон на кровать и, раздеваясь по пути, побрела в ванную. Глупая, иррациональная мысль не давала покоя: а что если этот случайный поцелуй в застрявшем лифте… что если это было началом чего-то большего? Возможно ли это? Возможно ли, что я только что встретила свою любовь в три часа ночи, в лифте, в потрепанных пижамных шортах?
Лежа в постели, я смотрела в потолок, но вместо сюжетных линий для книги перед глазами стояло одно-единственное лицо с насмешливыми серыми глазами и дерзкой улыбкой. Книга могла и подождать.
Глава 2
Утро после
Утро началось со звонка телефона. Мое сердце, на мгновение замершее, бешено заколотилось — не он ли? Но на экране сияло суровое лицо реальности: «МАМА».
Сделав глубокий вдох, я нажала на зеленую кнопку.
— Изабелла, когда ты наконец приедешь? — ее голос врезался в тишину комнаты, резкий и тревожный, как сигнал сирены. — Отец спрашивает, почему ты уже месяц не была у нас. Ты совсем забыла про семью?
Я закатила глаза к потолку, чувствуя, как привычная тяжесть ложится на плечи. Эти «семейные встречи» всегда следовали одному сценарию: застолье, мгновенная неловкость, а затем неизбежный допрос. «Когда замуж? Когда дети? Тебе уже тридцать, а ты все с книжками своими возишься! Карьера — это хорошо, но женщина должна быть счастливой!» Их определение счастья было таким узким, таким тесным, что в нем не было места ни для моих ночных бдений над текстом, ни для моих персонажей, ни для… для случайных поцелуев в лифтах с незнакомцами.
Единственным лучом света в этой семейной рутине была моя сестра Лиза. Старше на два года, она давно прошла этот путь — замужество, ребенок, дом. Но в ее глазах я всегда видела понимание, а в уголках губ — скрытую усмешку. С ней можно было выпить бокал вина и от души посмеяться над мамиными нравоучениями, зная, что она на моей стороне.
Только я положила трубку, смахнув с лица тень раздражения, как телефон снова завибрировал в ладони. На этот раз имя заставило мое сердце ёкнуть: РУТ.
— Иза, ты вообще помнишь, что сегодня в клуб⁈ — ее голос звенел, как будильник после тяжелого похмелья, полный энергии и ожидания. — У меня на тебя грандиозные планы! И не вздумай отнекиваться! Кстати, что это ты хотела мне вчера срочно рассказать? Я вся в предвкушении!