Я не могла сдержать удивления. Они так спокойно отпустили его одного в этот гибельный лес, где за каждым деревом могла таиться смерть.
— А Карион не боится один бродить по лесу? — вырвалось у меня.
Терас громко рассмеялся.
— Ведьмочка, у меня такое ощущение, что наоборот, лес боится его.
Я лишь покачала головой, слыша в его словах горькую правду, и присоединилась к Леаме, которая уже деловито присматривала место для наших одеял, стараясь найти самый ровный и безопасный участок под сенью древних деревьев.
Карион так и не пришел. Братья относились к его отсутствию с полным спокойствием, видимо, для них это было нормой. Мы наскоро перекусили тем, что осталось, и легли спать. Дорок первый вызвался сторожить. Я скомкала одеяло, пытаясь устроиться поудобнее, закрыла глаза и погрузилась в беспокойный полусон.
Повсюду легкая дымка, сквозь которую пробивается тусклый свет. Я всматриваюсь сильнее и вижу перед собой женщин. Они разговаривают между собой и смеются. Одна из них, эльфийка с водопадом черных волос, в струящемся красном платье, отделяется от группы и направляется ко мне. На ее плече притаилась маленькая змея, она прижимается к щеке хозяйки, а та ласково гладит ее головку.
— Моргат, ты уверена, что не хочешь пойти с нами?
Я слышу собственный голос, но это не мои слова:
— Нет, я останусь здесь.
Подходит вторая, ее лицо выражает недоумение и тревогу.
— Подумай. Я всё узнала. При Дворе Воды нам будет безопасно, пока не появится ведьма, способная возродить Двор.
— Я всё решила, — звучит мой голос, твердый и непреклонный.
Та, что со змеей, снова обращается ко мне, и в ее глазах читается предостережение.
— Когда увидишь Натаниэля, скажи, я его жду.
— Хорошо, — киваю я головой.
Она снова ласкает свою змею, и ее взгляд смягчается.
— Мы ждем тебя, если передумаешь.
Я лишь киваю и протягиваю руку к змее, касаясь прохладной чешуи.
— До встречи, злюка.
Видение тает, испаряется, и я словно проваливаюсь в густую, бархатную темноту. Мне не страшно, спокойно. На секунду мне кажется, что на меня кто-то смотрит. Я оборачиваюсь вокруг себя, вглядываюсь в черноту, ищу этот невидимый взгляд. Затем замечаю вдали две точки — два светящихся красных глаза. Мне так интересно, и совсем не страшно. Я делаю шаг, потом другой. Они словно изучают меня, манят, гипнотизируют. Я подхожу еще ближе, чувствуя странное, необъяснимое притяжение. И тут же ощущаю, как что-то тянет меня наверх.
Я открываю глаза. Все та же поляна, потрескивание костра. Похоже, я снова видела воспоминания Моргат. Я села на одеяле и осмотрелась. Крошечный костер отбрасывал прыгающие тени, вокруг царила умиротворяющая тишина. И снова это ощущение — за мной следят. Я кручу головой, вглядываюсь в мрак между деревьями. И вижу их. Неподалеку, в гуще кустов, горят два светящихся глаза.
Не думая ни о чем, словно во сне, я тихо встаю и иду к ним. Шаг за шагом. Ближе. Еще ближе. Я уже почти у цели, уже наклоняюсь, чтобы поравняться с этими загадочными зрачками, как вдруг кто-то резко хватает меня за шиворот рубашки и с силой оттягивает назад.
Я словно очнувшись от транса, резко разворачиваюсь и упираюсь взглядом во взбешенного Кариона. Его лицо искажено яростью.
— Ты что, больная? — прошипел он сквозь стиснутые зубы. — Куда тебя понесло⁈
Я растерянно моргнула, оглядываясь на кусты, откуда донеслось злобное, предупреждающее шипение, пробирающее до костей. Голос все еще дрожал, когда я попыталась объяснить:
— Я… я не знаю. Меня словно позвали, пока я спала…
Карион, все еще вцепившись в мою рубашку так, что ткань больно врезалась в кожу, прищурившись, всмотрелся в темноту. И тут, к моему изумлению, из кустов показалась маленькая черная мордочка.
— Кот! — воскликнула я, забывшись.
— Тише! — прошипел он мне прямо в ухо и резко зажал рот ладонью. — Это не просто кот. Это дух.
— Я видела эти глаза во сне, — прошептала я в его ладонь, с удивлением разглядывая существо, и попыталась освободиться от его руки. — У него правда красные глаза? — уже тише спросила я, когда он убрал ладонь.
— Как видишь, — коротко бросил Карион, не сводя настороженного взгляда с животного.
Я вгляделась внимательнее. Маленький, черный, с блестящей шерсткой, которая переливалась в лунном свете… Ну точно кот! Только глаза эти — как два раскаленных уголька.