София все продолжала рассказывать о себе и этом особняке, тихонько его осматривая, прикасаясь к полкам, книгам, старым пуфам. Она рассказала о том, как ей хотелось назад. Как каждый раз ее возвращали в этот приют, постоянно за что-то отчитывали, а иногда и избивали. Отец приехал к ней всего лишь раз, но его даже на территорию заведения не пустили, поскольку приняли за сумасшедшего. Уже в те времена выглядел он сомнительно, странно одевался и так же странно себя вел. Руководство состояло только из Чистых, которые относились к нему с откровенным пренебрежением.
- После мы увиделись, когда мне было уже 19 лет. Я его сразу узнала, а он меня – нет, - усмехнулась София, опустив глаза. – И я снова оказалась тут, но уже в качестве гостя, совсем ненадолго. «Когда ты успела стать такой высокой», только и сказал отец, когда оглядел меня.
- Мне жаль, что у тебя так все сложилось, - с досадой сказал Виктор.
- Все нормально, - отмахнулась София с натянутой улыбкой, - все давно забыто и пережито. Нельзя жить прошлым.
До самой темноты Виктор и София разгуливали по особняку, рассматривали, что здесь лежит интересного и полезного. Прошлись по второму этажу, где была оборудована спальня. Правда спальней ее было назвать трудно. Кажется, здесь отец Софии устроил второй рабочий кабинет, а спал на матрасе, небрежно брошенном на полу. Он давно посерел и пропитался огромным количеством пыли. Из-за легкой сырости от него исходил не очень приятный аромат. Здесь тоже повсюду были разбросаны абсолютно разные книги со скомканными листками исписанной бумаги.
Далее София и Виктор спустились в подвал, к которому вела неприметная лесенка, незаметно оборудованная в самом дальнем углу большой комнаты с камином. Помещение, в котором отец Софии занимался своими разработками, было очень много разной лабораторной посуды, каких-то странных реагентов и прочих приспособлений, о назначении которых «беглецы» не знали. София с грустью обходила опустевшую и дико запыленную лабораторию. Здесь стоял странный запах, непохожий ни на что.
В лаборатории стоял небольшой сервант, в котором были аккуратно расставлены не только различные колбы и мензуры, но и книги с разными датами издания и публикации. Некоторые из них были совсем старыми. «Возможно, тут очень много литературы, оставшейся со времен, когда людей еще на захватила эпидемия повальной правды», сказала София, проведя рукой по серванту. Всеми этими богатствами отца она никогда не интересовалась. Возможно, в какой-то мере она даже ревновала его к этим книгам и колбам. Он больше интересовался лабораторией, чем ею.
Виктор с огромным интересом и любопытством осматривал жутко постаревшие и обросшие паутиной «сокровища», которые были сокрыты в подвале особняка. Электрического освещения тут не было, зато повсюду были расставлены свечи, которые осторожно зажигала София. Она и сама бродила здесь, вспоминая старые картинки из детства. Часто досадно вздыхала.
- Я уж думала, больше никогда этого всего не увижу, - произнесла она.
- Я в большом удивлении. Тут столько интересного, - ответил на это Виктор, рассматривая очередную пыльную колбу, установленную в какой-то непонятный аппарат из металла и пластика. Кажется, это была какая-то хитроумная машина для создания чего-то масштабного, о чем так мечтал отец Софии.
Они еще недолго побродили по подвалу, после чего поднялись обратно на первый этаж. Все тут было так же, как и несколько минут назад. Было прохладно, сыро, тихо и темно.
- Думаю, пора расставить свечи и зажечь их. Темнеет. Скоро мы тут обо что-нибудь споткнемся и переломаемся, - сказала София, тихонько пробираясь к низкой деревянной тумбочке. В первом ящике хранилась пухлая связка свечей. София обрадовалась, обнаружив их здесь. Она боялась, что старые запасы отца давно куда-нибудь пропали. Из-за этого она и Виктор могли так и засидеться в полной темноте, ведь электричество в особняке отключили уже давно. Все провода и линии электропередач, которые когда-то проходили в этой местности, много лет назад демонтировали за ненадобностью. Более того, многие из тех, кто знал об этом заброшенном и заросшем уголке, даже не догадывались о существовании старого деревянного особняка. Когда-то о наличии света и прочих благ заботился отец Софии, но после его смерти все было быстро забыто и брошено. София заниматься этими вопросами не желала.
- Как думаешь, надолго мы тут? Как мы поймем, что можно возвращаться? – спросила София, смахивая толстый слой пыли с большого углового дивана, стоящего напротив камина.