В тетради было много записей и о том, что подопытные открыто говорят нелицеприятные вещи сотрудникам лаборатории и профессорам. Кажется, из людей просто «вырывалась» наружу правда, которая до введения недоработанного вещества в них тихо «спала».
Филип забрал у Софии тетрадь и закрыл, а потом отбросил в сторону.
- Там дальше будут очень неприятные записи, которыми лучше не забивать голову, - сказал он.
Софии этот жест «отца» не понравился. Она нахмурила брови.
- В этой тетради как раз описаны первые этапы экспериментов. Первые безумные, первые симптомы этой болезненной «правдивости»… Кретины даже не представляли, что их будет ждать дальше, - продолжил Филип. – А эту тетрадь вела молоденькая девушка-лаборантка. В одной из журналов я нашел о ней немного информации, но только ценности в этой информации никакой нет.
- Ты так говоришь об этой девушке, как будто с ней что-то страшное произошло, - сказала София, сложив руки на груди.
- Да, ты права. Очередной подопытный, которого быстро постигло реактивное безумие, набросился на нее, когда она брала у него кровь на какие-то анализы, - с нескрываемой досадой в голосе ответил Филип.
- Здесь происходили действительно дикие вещи. Вместо того, чтобы свернуть все это, профессора все пытались дорабатывать, доделывать и совершенствовать. В итоге на волю выбралась бешеная сила в виде их страшной недоработки, - продолжил Филип.
Виктор заметил, как забегали глаза Софии. Он вдруг понял, что здесь много интересного и совершенно нового, но они уже долго тут бродят. Им еще предстояло «переварить» такой сумасшедший объем информации, все обдумать.
- Теперь вы понимаете, почему в этой забытой местности столько безумных? Немало таких «фруктов» выбралось именно из этого проклятого бункера. И потом, именно тут была самая большая дозировка этого «недовещества», от чего все, кто находился рядом, подверглись его воздействию особенно ярко. Думаю, что именно из-за этого это место когда-то стало настолько брошенным и безжизненным, - сказал Филип, делая еще глоток.
- Ну и местечко ты себе выбрал, чтобы свои опыты ставить, - сказала София, бросив взгляд куда-то под белоснежный блестящий потолок с моргающими светильниками.
— Значит так должно было быть, - кивнул головой Филип. – Кое-какие документы нам отсюда стоит забрать, потому что они не должны пропасть. Не вижу смысла долго тут бродить. Там наверху моя личная лаборатория, которую вам тоже стоит увидеть.
- Не слишком ли много лабораторий в одном месте? – снова возмутилась София.
- Не слишком, - бросил в ответ Филип. – Пошли отсюда…
Из подземелья троица выбиралась молча. Филип закинул в рюкзак Виктора много разных документов и журналов с нужными записями. Когда за спинами путников громко защелкнула огромная круглая дверь, ведущая в бункер, всем стало чуть легче дышать. Странное ощущение тяжести и дикого давления не отпускало Софию и Виктора, пока они расхаживали там из помещения в помещение.
- Я уверен, однажды и эту кротовую нору ликвидируют. Просто до нее пока не дошли руки, - сказал Филип.
Троица двинулась дальше. По уверениям Филипа, его лаборатория находилась недалеко, поэтому долго бродить по лесу не пришлось бы. Почему-то он решил, что лучше им двигаться пешком, а не ехать на снегоходе. «Давайте тут без лишнего шума», сказал старик.
И действительно, небольшую сторожку, совершенно не похожую на лабораторию, они нашли буквально через 3 часа пути.
Филип специально оборудовал свой личный «научный центр» в такой неприметной постройке. Никакого внимания она к себе не привлекала, но при этом была хорошо оснащена. Оснащена и для проведения разных опытов, и для временного содержания в клетках подопытных Безумных.
Разумеется, сейчас здесь не было ни одного Безумного подопытного. Вылавливать таких персонажей Филип бросил много лет назад, когда понял, что столько сил и ловкости у него уже нет.
В «избушке» было очень аккуратно и чисто, хотя некоторые поверхности были покрыты толстым слоем пыли. Разумеется, ведь тут никто не жил постоянно. Светильники старик установил только над рабочими поверхностями. Общего верхнего света не было. «Я не хотел привлечь много лишнего внимания к этому месту», сказал он сам. В этой маленькой постройке были плотно расставлены друг к другу столы и мойки. Не обошлось и без открытых стеллажей для книг и полезных записей. В одном из самых темных углов находилось какое-то современное оборудование, которое, кажется, уже давно не работало. На вопросы о том, что это такое, Филип отвечать не хотел. Он сразу отмахнулся. «Глупая бандура, не стоило ее тащить сюда», сказал он. Видимо, он потратил много сил и времени, чтобы ее сюда притащить, но толку от нее не было.