Глава 1.
— Ты же девственник.
Вечная тема для шуток моего будущего шурина.
— И поэтому ты решил притащить меня в этот гадючник? — я осматриваю заброшенную стройку. Как я мог так затупить?
Почему вместо того, чтобы пойти на пары, я повёлся на звонок Шилова о том, что его сестра — моя девушка — в опасности? Почему не позвонил ей сразу?
— Понимаешь, Мишаня, моя сестра такая нежная и трепетная. Не могу же я позволить ей встречаться с неопытным парнем, — он играет бровями, а его дружки громко ржут.
И почему я думал, что после школы Шилов резко станет нормальным? Говно не меняется, только воняет сильнее.
— Может, мы сами будем решать, когда и с кем нам этот опыт набирать? Без тебя.
— Не-а, без меня не получится. Тащите её сюда.
Поворачиваю голову. Прихлебалы Шилова волокут мешок, будто с картошкой.
Что?
Нет, там не картошка. Там человек.
И, блядь, я даже не удивлён. Этот придурок вполне способен убить, и отец его всё равно отмажет.
Парни бросают ношу мне под ноги. Изнутри доносится крик боли и возня — кто-то барахтается.
— Миш, какой-то ты жестокий. Тебе девку не жалко?
Девчонку. Не удивлюсь, если она уже изнасилована и изрезана.
Хватаю верёвку, которой связан мешок, и дёргаю, напрягая мышцы. Парни улюлюкают, когда на свет выбирается пленница.
На вид не больше шестнадцати. Она откидывает со лба грязные русые волосы и смотрит волчонком по сторонам. Тут же вскакивает, будто готова драться. На лице синяки, губа разбита, под глазами — чёрные разводы от туши. Выглядит дико потрёпанной.
— Это что за херня?! — орёт она звонким голосом, и я морщусь. Разве так девочки должны выражаться? — Мы договорились на одного, Шилов! А вас тут толпа! Я на такое не пойду. Не пойду, слышишь, гандон штопанный!
— Рот закрыла, тварь белобрысая! — рявкает он в ответ и толкает её так, что она падает мне в ноги.
Наклоняюсь, чтобы помочь, но она отбивает мою руку и встаёт сама.
— А у тебя выбора нет. Ты мне такие бабки торчишь, что, если понадобится, будешь всем по очереди отсасывать. А начнёшь с него. Миша, снимай портки — Лера покажет тебе, что такое райское наслаждение.
Его свита ржёт, а я продолжаю смотреть ему в лицо.
Постепенно смех стихает. Девчонка молчит, бросает на меня короткий взгляд. Остальные тоже замирают в ожидании.
— Я не шучу. Отсосёшь ему — и можешь валить. Прощу долг.
— При всех, что ли?
— А как я должен тебе верить? Ты уже четыре раза меня наебала.
— Это было несложно. Ты же тупой.
Шилов не выносит насмешек над своим интеллектом. Делает шаг вперёд, замахивается, но я резко бью его под дых и отталкиваю назад.
— Ох, ебать, защитник! Но в любом случае, вы оба отсюда не уйдёте, пока не потрахаетесь. Поняли?!
Ублюдки достают пистолеты и ножи, скалятся, как гиены.
— И на что ты рассчитываешь, Шилов? Убьёшь меня — потом что? Будете все вместе по лесам искать труп и строить из себя невинных?
— Невинный тут ты, — зло усмехается он. — Я на тебя её труп повешу.
— Убьёшь её и скажешь, что это сделал я?
— Ага. Мне поверят. У меня куча свидетелей. Так что скоро моя репутация будет чище твоей. Трахать подзаборную шлюшку где-то на заброшенной стройке… Куда ты скатился, идеальный Михаил? Понятно, что ублюдка Распутина никто не посадит, но говорить о тебе будут долго. Это даже я могу гарантировать.
— Понял.
С ним бесполезно разговаривать. Если он что-то вбил себе в голову, выбить это можно только ударом с ноги.
— Ну что, барышня, раздевайтесь. Будем трахаться.
Глава 2.
Она дёргается, поджимает губы.
Я сам стряхиваю с плеч пиджак, оттягиваю ворот рубашки.
— Давай-давай, поживее. Девушка ждать не может — смотри, как на тебя смотрит.
Они снова ржут. Девушка поджимает губы, рвётся в сторону, но ей путь преграждает пистолет. Её бьют по виску, толкают обратно в центр, и пыль снова поднимается столбом.
— А раздеваться зачем? Рот у меня и так раздет.
— Нет-нет, нужно, чтобы ты голой была.
— Да пошёл ты на хер, я не буду!
— Сама сейчас пойдёшь и будешь стонать от удовольствия…
— Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, понимаешь? — одобряюще улыбаюсь. Она только морщит нос, но стягивает с себя худи, оставаясь в чёрной майке на тонких лямках. Под ней — лифчик.
— Может, хватит?
— Не хватит! Всё снимай! — пока он орёт, я расстёгиваю пряжку ремня, вытаскивая его почти наполовину.
— А давай я тебе с лифчиком помогу, — подхожу сзади, расстёгиваю застёжку, тут же сдираю старенький бюстгальтер с её груди.