— Мне плевать. Ты создаешь много проблем, постоянно делает все не так как я прошу, а так как тебе надо. Подставляешь меня.
— Вань, я дохрена для тебя сделала! Ты не можешь просто так взять и кинуть меня… Я.. я… Я заяву на тебя накатаю!
— Валяй, а очень много про тебя расскажу и про твоего папашу. Меня то папа отмажет, а твой еще на пару лет сядет.
— Да пошел ты! — бьет она меня со всей дури. Аня кричит, а я кровь с губ стираю. Бешеная девка. – Чтоб ты сдох!
— И тебе не болеть, ебанутая, — машу вслед, когда она просто выходит, толкнув ногой железную дверь. Даже рюкзак свой вшивый оставила.
Аня замечает это, хватает и бежит за ней. Мы переглядываемся с Семой.
— Говорят она ведьма, потом еще член отпадет.
— А я к тебе приду, зашьешь же?
— Ну, коль заплатишь, зашью.
— Договор, — бросаю, достаю сигарету и выхожу на улицу. Сквозь дым наблюдаю как Аня стоит рядом с Лерой и они о чем – то эмоционально разговаривают. Такие разные, как рай и ад. Одна нежная, воздушная, добрая. А у другой разве что хвост и рога не торчат.
По всем правилам вселенной моей парой должна была быть именно Лера, слишком много у нас общего, но так уж вышло, что буду с Аней. Буду, когда она смирится с небольшим недоразумением в виде нашего родства.
Глава 11.
Лера
Лязг железной двери заставляет вздрогнуть. Охранник сально осматривает мое тело, и я жалею, что не взяла кофту Миши, которую забыла тогда ему отдать. В который раз осматриваю стены с облупленной краской и каждый раз напоминаю себе, как легко можно тут оказаться.
Может быть стоило с Мишей быть понастойчивее и тогда Ваня продолжал бы помогать мне с деньгами. А теперь что? Вариантов заработать быстро, только вот все они противозаконные, а некоторые еще и мерзкие. Одно дело девственности лишиться с таким чистеньким и приятненьким, как Миша, другое дело отдаться Ахмеду, владельцу автомойки, который уже не раз предлагал исправить мое бедственное положение.
— Дочь… — наконец приводят отца, и я сразу бросаюсь к нему в объятия. Он совсем тут стух… И теперь вытащить его будет еще сложнее. Есть люди, которым нужно заплатить, и они помогут. Иначе ему светит за угон в особо крупном больше шести лет.
Когда ушла мама, именно отец остался со мной. Не отправил в детский дом, хотя мог, не сплавил во Владивосток к бабке. Нет, он остался со мной, таскал в гараж, а вскоре показал, как вскрывать машины. Маленькую девочку ведь никто не заподозрит. А потом его поймали, тупо так, на мелочёвке. Но за ним тянулся большой след и его буквально посадили на денежную иглу. Теперь нужно вернуть деньги большим людям, чтобы он вышел… А я наконец вновь обрела семью.
— Плохие новости, детка?
— Шилов меня кинул. Я не справилась.
— Ну ты вроде рассказывала, что тот парень кремень. Так что ничего удивительного.
— У меня почти получилось… И где мне теперь брать деньги, пап? Но ты не переживай, я достану. Если надо к Ахмеду пойду.
Отец дергается, но наручники мешают дать мне затрещину. Он стискивает челюсти, а я думаю только о том, что когда – то он был молодой и здоровый, а теперь как будто лет на десять постарел.
— Я попросился на Сахалин.
— Что? Это шутка? Кидаешь меня?
— Отпускаю тебя… Я не хочу, чтобы моя дочь стала проституткой в попытке меня вытащить. Ясно же, что эти жадюги никогда не будут сыты, будут доить нас, пока мы с тобой оба не сдохнем.
— Пап, не смей! — ору я. – Я два года старалась, дай мне время…
— Тебе школу заканчивать надо, образование получать…
— Какое образование, пап! Ты вообще, о чем… Ты не можешь уехать.
— Я должен, Лер… Так будет лучше для тебя.
Я шагаю к нему, но охранник встает между нами.
— Ты не сделаешь как она! Ты не бросишь меня.
— Я не бросаю, я даю тебе шанс на нормальную жизнь…
— Не будет у меня нормальной жизни! Я никому не нужна кроме тебя! Не бросай меня, пап… Я достану деньги, понял!? Я сделаю это, дай мне два чертовых дня, — падаю на стул, когда его уводят. Долго смотрю в одну точку, потом бью по стальному столу и встаю, утирая слезы…
Это было неизбежно. Моя гордость, моя честь не стоят того, чтобы отец сидел…
Вместо выхода я сворачиваю в другую сторону, нахожу нужный кабинет. Там сидят жирные ублюдки, что по сути держат моего отца в плену…
— О, Лерунчик пришла… Решила-таки отсосать нам по очереди. Но твой рот столько не стоит, извини.
— Мне нужна конкретная сумма. Без всяких звездочек и многоточий. Сколько вы, уроды, хотите за свободу отца?