Когда все изменилось, когда человек, роднее которого сложно представить стал тем, от кого я бегу быстрее ветра. Я хочу вернуть такого брата, своего папу.
Мне не нравится, что в моей жизни все меняется, потому что я совершенно не успеваю за течением этой реки, которая неизбежно приведет меня к водопаду.
Руки Вани крепко обнимают меня, я успокаиваюсь, чувствуя насколько тяжелой от слез стала моя голова. Не надо слов, просто я рада, что он у меня есть. Мой брат.
— Тебя опять побили, — упрекаю я, утыкаясь в его грудь, сжимая пальцами кожаную куртку. – Я не люблю кровь.
— Это мелочи. По крайней мере я жив.
Это фраза открывает только что закрытый проток слез, и я снова принимаюсь реветь. Содрогаюсь от слез, пока Ваня с силой гладит мою поясницу, давая понять, что он рядом.
Сколько так проходит часов, понятия не имею. Засыпаю в коконе рук, чувствуя знакомый приятный запах родного тела.
Просыпаюсь, когда Ваня выбирается из моих рук, уходит в туалет, потом из комнаты. Смотрю в телефон. Миша приедет через час. Стираю слезы, чувствуя полное опустошение.
Ваня приносит мне кофе, и я пью маленькими глотками, пока он гладит мои волосы, убирает их с лица. Трогает губы… И так смотрит.
Встаю резко, он за мной.
— Что?
— Ничего. Это ты привел Леру в наш дом. Она его убила…
— Кто? Лера? Она его точно не убивала.
— А кто тогда?! Ей задание дали, чтобы отца спасти.
— Думаешь у отца врагов мало было. Аня, он не такой хороший…
Выливаю кофе ему в лицо.
— Не смей, никогда не смей говорить плохо про папу! Он жизнь тебе дал!
— Понял, понял. Но слушай, у папы было много врагов и пасли его давно, просто он думао, что бессмертный.
— Это Лера, в ее рюкзаке нашли оружие. И ты, ты сделаешь все, чтобы посадить ее навечно!
— Понял, я понял, не кипятись. Спасибо за кофе, он вкусный, — снимает он куртку и футболку и относит в ванну, кидая в грязное белье. Он с обнаженным торсом, садится на кровать, я рядом с ним. В голове проясняется… Отца больше нет. Отца больше нет. И врагов, да, у него было много. А Лера пришла вместе со мной.
— Лера со мной пришла. Хотела меня обнять, а я на нее наорала.
— На меня ты постоянно орешь, — толкает он меня в плечо, но меня улыбаться не тянет. Ваня опускает руку на мое бедро, чуть сжимая пальцами. Поднимает голову, смотрит на губы. – Ты же знаешь, как я люблю, когда ты орешь…
Я резко встаю от него… Качаю головой. Нет больше того брата и не будет никогда. Есть парень, который одержим странной идеей, что мы переспали. Он подходит все ближе, а я чувствую, как меня от волнения втягивает в мощный водоворот. Я резко отворачиваюсь, бегу к двери, за которой оказывается Миша. Я тут же прыгаю ему на шею, целую лицо, губы.
— Папа умер, Миш… Его убили.
— Я уже понял, мне так жаль, — стискивает он меня в руках, смотрит за спину. – Мы посадим всех виновных… И Леру эту, не зря она нам в доверие втиралась. Может Ваня дал ей код?
— Может ты дал ей в рот?
— Замолчите! Оба замолчите! Проявите уважение к отцу, пожалуйста. Миш, это не Лера. Она была со мной.
— Это неизвестно.
— Он был теплый, а мы ехали почти сорок минут. Она бы никак не успела.
— Не переживай, мы все выясним.
— Миш, она там из – за меня. В тюрьме. И отец ее в тюрьме. Надо помочь.
— Ань, эти люди там, где должны быть. И ты тут не причем. Если она не виновата, ее отпустят.
— Да ты правовую систему не знаешь? Они просто найдут козла отпущения… Пожалуйста, — плачу в голос. – Пожалуйста. Она мне нужна…
— Ань, это уже какая – то блажь, вот честно.
— Да блядь, — орет Ваня. – Просто сделай как она хочет! У нас отец умер. Тебе не понять, ты своего даже не видел никогда.
-Рот закрой!
— Сам закрой!
Отталкиваю Мишу, хочу рвануть к лестнице, но он догоняет меня. По голове гладит.
— Ладно, ладно, сделаем как хочешь, только не плачь, не плачь Ань.
А Ваня не просил прекратить плакать, он просто был рядом.
Встряхиваю себя, беру Мишу за руку, и мы идем на выход. Поднимаю глаза ко второму этажу, где Ваня облокотившись на перила, смотрит на меня тяжелым взглядом.
Глава 14.
Лера
— Выходим, — стальной скрежет, лязг ключа в скважине. Я тут же дергаюсь, теряя последнюю гнетущую мысль. Это плохо, потому что если начинает возвращаться в реальность, то возвращаются и пять чувств, которые желаешь в этом месте уничтожить. Особенно обоняние. Ни в одном другом месте вы не ощутите такого затхлого, настойчивого запаха мочи.