— А потом вернемся в постель? – трется он носом об мою щеку, а я глотаю слезы и киваю.
— Конечно…
— Лер…
— Мм?
— Я люблю тебя. С первого взгляда полюбил…
Так странно это слышать не от того, от кого мечтаешь… Но тем не менее приятно. Некий бальзам на раненную собственной дуростью, душу.
— Не говори ничего, — просит он. – Просто знай.
— Почему ты сейчас это сказал? Без секса не мог понять, любишь или нет?
— Нет, нет, просто думал ты меня продинамишь. Что наши отношения для тебя ничего не значат. А теперь вижу – значат.
— Конечно значат, — обнимаю его за шею, а он целует мои губы, мою шею. Я поворачиваю голову и натыкаюсь взглядом на шапку Миши… И совершенно иррационально ощущаю себя не предавшей его, а предавшей себя.
***
Димон будет с нами довольно долго, так что давайте познакомимся)
Глава 24.
Михаил
— Завтрак в постель, — входит Аня в коротком пеньюаре, а я быстро убираю телефон под подушку.
Жена приносит поднос с подгоревшей яичницей и пересахаренным кофе. Но я все съедаю, улыбаюсь и благодарю, хотя внутри меня кипит настоящий вулкан, вот — вот готовый взорваться. Лицо и грудь Леры прямо перед глазами, словно можно протянуть руку и потрогать. И вчера я трогал, держал в руках эту змеюку, которая извивалась, готовая вспороть мою броню своим юрким, влажным языком.
— Иди ко мне, — дергаю Аню на себя, жадно приникая к пухлым, нежным губам. Переворачиваю, нависаю над стройным телом. Стоит только задрать пеньюар и отодвинуть трусики, чтобы окунуться во влажное тепло пальцем, провести по гладким складочкам.
— Стой, стой…
— Что? — еле отрываюсь от шеи, прикусываю кожу, смотрю на оставленный след.
— Хочу, чтобы Лера снова с нами жила.
Ну вот, я только отвлекся на прекрасное тело Ани, а она снова про Леру. Зациклилась что ли на ней.
— Мы уже обсуждали это, Ань. У нас своя семья, она сама по себе.
— Ну Мишенька, ну пожалуйста… — просит она, надув губы и скользя пальчиками по стояку. И почему, почему меня не штормит так же, как от Леры, почему не хочется взорваться в тот же миг? — Миша, Мишенька, я же так тебя люблю. Ну зачем ей жить там, место занимать, когда тут полно комнат. Обещай, что подумаешь, — раздвигает она ноги шире, прижимается скользкой щелью к головке. – Или ты меня не хочешь?
— Очень хочу, — давлю бедрами, вбиваясь членом сразу и на всю длину.
Член легко скользит внутри, как по воздушной трубе, выдавая не самые романтичные звуки, но и этого хватает, чтобы на время забыться и перестать думать о той грязи, в которую меня так тянет сводная сестра.
Аня убегает на учебу, а я еду на работу и весь день, как и обещал, думаю о возвращении Леры в квартиру. И прекрасно понимаю, что все равно откажу. Будь Лера одна, я бы еще подумал, но видеть ее игры в отношения с Димой, мне совсем не улыбается.
— Миша! — Аня машет мне рукой, прощаясь со своими фрейлинами, в которые она так мечтает записать Леру. – Привет, любимый. Ну что, за Лерой?
— Нет.
— Как это нет? Ты обещал, что подумаешь!
— И я подумал. Пусть живет в общежитие. В крайнем случае, пусть снимает квартиру, денег у нее предостаточно на это.
— Ты прекрасно знаешь, что она лишней копейки не возьмет! На улице уже минус десять, а она ходит в своей кожанке и кедах.
— Причем тут ее одежда и квартира.
— При том, что денег она не возьмет, гордая же.
— У нее отношения же вроде. Ты предлагаешь пустить к нам еще и Диму этого?
— А что такого? Я бы еще и Ваню позвала, да он отказывается, — бесится она.
— Теремок так скоро развалится. Мы будем жить вдвоем и это не обсуждается.
— Миша! Ты не можешь со мной так поступить! Я твоя жена!
— Вот именно что, жена. Должна слушаться.
Она начинает истошно рыдать, вынуждая меня притормозить у обочины, потому что вести машину, когда оглушен воем, точно нельзя. Я морщусь, слушая как она давит на нервы своей истерикой. И почему это вдруг стало так раздражать. И ведь раньше я спокойно это воспринимал… Делал так как ей надо.
И тут вдруг дверь хлопает, а Аня уходит от машины все дальше. Заебись, блять.
— Аня! — бегу за ней, торможу в шаге от дороги. – Ты что творишь?!
— Ну раз не хочешь, чтобы она жила с нами, отправь нас на месяц в Рим. Ты спокойно поработаешь, а я хоть вещей ей теплых куплю.
— В Рим? Одних?
— Туда Ваня же уехал заключать договор.
— Да, точно. На неделю тогда. Он должен вернуться через неделю.
— Хотя бы неделю. Но ты должен сам уговорить Леру, пожалуйста… Прошу тебя, любимый.
— Ладно, я поговорю с ней.
— Спасибо, спасибо, спасибо! — взрывается она радостью, обнимает меня крепко, крепко, а я думаю о том, что меньше всего хочу встречаться с Лерой, но на уступки придется все равно пойти.