— Отлично.
— Спасибо, что привёз моего охламона. Слышал, он опять натворил дел?
— Ничего, что нельзя было бы решить.
— Вот это мне в тебе и нравится. Ты берёшь ответственность и не сворачиваешь с пути из-за трудностей.
— А трудности, как молотки — только закаляют сталь.
Мы смеёмся. И вот она. Моя фея. Аня. Та, которая даёт мне шанс чувствовать, что я достоин. Как можно не восхищаться такой?
Сегодня она в воздушном розовом платье — наверняка с каким-то выдуманным оттенком.
— Доченька, ты бы поскромнее оделась. Сегодня же подруга должна блистать?
— Я ей подобрала голубое платье того же фасона. Не затмлю, — летит ко мне и обнимает. День не видел — уже соскучился. С ней легко. Она — мой свет в темноте.
— Бля, меня сейчас стошнит, — появляется Ваня с бутылкой виски.
— Ты говорил, приложишь к голове, — качает головой Аня. — А ты опять пьёшь.
— Да-да, я тут один плохой. Может, уже пойдёте? Смотреть на вашу парочку невозможно.
— А ты не смотри. Закрой глаза.
— Пытаюсь, блядь.
— Не выражайся!
— Нам пора, да?
— Конечно! — проверяет сумочку, вспоминает про подарок и бежит наверх. Поднимает его как трофей. Мы садимся в машину. Включает плейлист и сразу начинает подпевать.
— Новая? — спрашиваю, слыша незнакомый трек.
— Ага!
Я попала в сильный шторм
В океане твоих глаз…
(Люся Чеботина — «Коммандир»)
— Классная? Прямо как про тебя. Ты же всех спасаешь.
— Ну прямо всех… Разве что твоего брата. И тебя — пару раз.
— А ту девушку с улицы? — спрашивает она. Перед глазами снова Лера. Пыль. Грудь. Душ. И я, дрочащий в душе. Пиздец. — Ваня рассказал.
Он-то мог рассказать? Он в багажнике был.
— Лера. Видимо, детдомовская. Должна была Ване деньги. Он её шантажировал.
— Боже, какой кошмар. Когда он уже образумится!
— Риторика. В процессе одного из его друзей подстрелили.
— Нет-нет, не рассказывай. Хотя… Спасли его?
— Да. Благодаря ей. Я бы и оставил — но…
— Не верю. Чтобы ты кого-то не спас. У тебя гипертрофированное чувство ответственности. Мой таролог говорит, у тебя синдром супермена. Это опасно.
Таролог. Господи. Из-за неё мы пропустили два концерта и до сих пор не переспали. Потому что в прошлой жизни Аня сделала что-то плохое, и теперь её карма должна быть чиста перед браком.
Иногда я думаю, что слушаю бред. Но если не считать этого — Аня очень рациональна. Не из тех, кто идёт в лес на шпильках.
Мы подъезжаем к ЖК, где на крыше будет вечеринка. День рождения у блогерши с миллионом подписчиков — в Новосибе таких не так уж много. Все, кто с люксом, — здесь.
Запарковались. Почти дошли до лифта, как Аня вспоминает:
— Подарок в багажнике! Ой, Ляся, привет! — кидается к подруге. — Принесёшь? Я наверху.
— Принесу, — выдыхаю. Её щебет — выше моих сил.
Иду к машине — и замечаю движение. У жёлтого «Ламбо» кто-то в капюшоне спокойно открывает дверь ключом.
Мерещится?
Открываю багажник, но иду ближе. Машина уже ревёт. Стучу в стекло.
Водитель дёргается — и я застываю. Лера.
Она в шоке, но быстрее приходит в себя. Надувается пузырь из жвачки, лопает — и с широченной улыбкой срывается с места, оставляя меня в облаке выхлопов.
Самое странное — это была та же песня, которую пела Аня.
Глава 4.
Первый порыв — сесть в машину и рвануть за девчонкой, но я глушу его усилием воли. Нужно принести подарок, и я не могу оставить Аню одну в таком людном месте. Правда, пока хожу мимо расфуфыренной молодежи, то и дело заглядываю в местные новости. Сам не знаю, чего жду. Информации, что менты скрутили девчонку на чужой машине? А может, того, что малолетка протаранила припаркованные машины?
— Миша, потанцуй со мной, — слышу Аню, потом чувствую поцелуй в щеку. Она тянет меня в центр танцпола, и я с улыбкой смотрю, как она дрыгается под современные биты. С танцами у неё не сложилось, но она прекрасно умеет компенсировать это задором и плещущей через край энергией.
— О, Ваня всё-таки решил прийти.
Поворачиваю голову и замечаю Шилова. Его все знают, все любят. Каждый тянется поздороваться, а девчонки — разве что трусы не скидывают, когда он появляется на горизонте.
Он тоже нас замечает, выбрасывает руку и криво улыбается разбитыми губами.
Мы танцуем ещё пару минут, потом вдруг раздаётся крик. Начинается суматоха, с потолка сыплется дождь.
Кто-то кричит: «Пожар!» — Я тут же хватаю Аню, которая верещит что-то про Ваню, но я уже не слышу, выбегая из квартиры прямо на лестничную площадку.