– Мне бы хотелось остаться здесь, на Феросе – я хочу помочь восстановить нормальную работу колонии. – Это вряд ли. Корпорация, считай, уничтожена. Населению требуется серьезная медицинская помощь, – Лиз потерла переносицу, – но в принципе, вы могли бы остаться и помочь, чем сможете.
Шиала кивнула.
– Так, нам здесь больше делать нечего, так что давайте ка выбираться с Фероса в целом и из Бездны в частности. – Да, конечно. Рин, а как ты вообще в “Зону 18″ попала – это же крепость. – Просто проплыла под решеткой в дренажной галерее. – Ты всегда была психом, – задумчиво сказала Рикки. – Что и требовалось доказать, – с хохотом переглянулись мои ребята.
====== Глава 36. Возвращение. Отчет . Большая стирка. ======
Наша дружная компания двинулась на выход. Сначала обратный путь из Бездны, потом – из “Зоны 18″ в основную часть комплекса. Потом забрать Тали, Кэя и Рекса с поста охраны. С ними все было в порядке – пара нападений гетов их даже порадовали, особенно Рекса. Однако над нашим видом все трое ржали, катаясь по полу, довольно долго. Наконец, отсмеявшись и приняв вертикальное положение, Тали внесла предложение:
– Рин, я нашла способ уничтожить всех гетов в комплексе при помощи электромагнитного импульса. Просто подумала о том, что выискивать их по всему зданию корпорации будет довольно... проблематично. Что ты на меня так смотришь?
Нет, все-таки какая она умница!
– Рин, ау-у! – А? Да, конечно. Запускай свой импульс. – Секундочку... есть, – Тали набрала что-то на панели и секунду спустя мы наблюдали классное зрелище – все геты повалились без единого писка. – Потом расскажешь, как ты это сделала? – с блеском в глазах попросила Рикки кварианку. М-да, они нашли друг друга...
Я не буду описывать обратную дорогу. Скажу лишь только, что когда мы – уставшие, вымокшие, да еще и ко всем прочим радостям перемазанные какой-то зеленой дрянью, ввалились на родной корабль, меня сразу же взяли в оборот Прессли с Джокером – дескать, Совет очень хочет пообщаться. Причем именно со мной. Никакие мои отмазки, вроде “как я покажусь им в таком видочке – хочу помыться, поесть и поспать часов ***цать” или “Найлус пусть отчитается” не подействовали. Пришлось мне идти в радиорубку.
– Шепард, мы... что с вами? – Фестиваль поддержки выгребных ям колоний Фероса. Вываляйся в дерьме – спаси колонию... – А серьёзно?
Я с подробностями рассказала все произошедшее на Феросе.
– Найлуса позвать? Он подтвердит мой рапорт. – Думаю, что у Найлуса, как и у вас, вполне достаточно работы на сегодня – стирка дело хлопотное. – Это вам ещё запах не передается... – Да уж, – азари улыбнулась. – Может быть вам, капитан, при таких заданиях надо выделить тонну чистящих и моющих средств? – Да уж, не помешало бы. – Что вы планируете дальше? – А дальше – на Терум. – Держите нас в курсе событий. – Принято. Шепард, конец связи.
Никогда еще в женской душевой не было так много народа – все три кабинки заняты. И из всех трех неслась многоэтажная лексика. Никогда бы не подумала, что Рикки знает столько интересных мне выражений...
Тяжело вздохнув, я потянулась к уже четвертой по счету бутылке с шампунем. Если броники отстирать было довольно легко, то отмыть свою собственную кожу и волосы оказалось задачей непосильной как для меня, так и для Эшли с Рикки. Матюгнувшись, я намылилась не помню уже в какой раз.
– Рин, у тебя шампунчик еще остался?
Я не глядя взяла бутылку и перекинула через стенку.
– Блядь, а по голове бить обязательно? – Извини, Эшли. – Засунь свои извинения, шкипер, себе в... Держи обратно.
Теперь уже злосчастным пузырьком получила по черепу я. Перегавкиваясь друг с другом, мы продолжили процесс.
Три с половиной часа спустя я наконец-то отмылась. Мысленно поздравив себя со сменой среды обитания, я переоделась в предусмотрительно захваченный чистый комбинезон и, выслушав завистливые вздохи из соседних кабинок, вышла из душевой. Мой путь лежал сначала в кают-кампанию, а потом – в родную койку.
Проходя мимо мужской душевой я услышала такие выражения... Посмеиваясь, прошла в кают-кампанию и налила себе чашку бурды, гордо именуемой “кофе”. Потом открыла свой терминал. Так, новая информация по Теруму. Будем читать.
Рядом приземлилась Рикки.
– Рин, на пару слов. – Валяй. – Кайден... он ни с кем не встречается? – А что? – Просто подошел ко мне, предложил сходить с ним на свиданку, а вот Эшли сказала, что он с тобой... – Эшли никогда не отличалась особой дальновидностью – мы с Кэем друзья еще со времен “семерки”. Эшли считает очень глупо – если Кэй за меня переживает, то мы с ним уже муж и жена. На самом деле все несколько иначе – он мой друг, самый лучший. Переживает за меня так же, как и я за него. Насчет каких-либо “свиданок” – ну, я не знаю. Мне как-то это глупо кажется... – Так что, на предложение Кайдена мне можно соглашаться? – Конечно! А Эшли передай, что она глупая фантазерка – накрутила себе невесть что. Она бы еще меня с Найлусом представила.
Рикки покатилась со смеху.
– Рин, ну ты такое скажешь! Ты – и турианский Спектр. Это даже не смешно. – А я тебе о чем? Кстати, помоги мне с одной технической фенькой...
Мы с Рикки склонились над терминалом.
“Даже не смешно”. Найлус тихо отошел от двери кают-кампании. Разговор, свидетелем которого он стал, сначала обрадовал его, а потом расстроил. Хотелось напиться. Причем прямо сейчас и прямо в лоскуты. Черт, он даже её речевые обороты использовал. Почему так? Почему ему так не повезло родиться турианцем? Найлус вспоминал, как сбежал на службу в Спецкорпусе... от собственной невесты, навязанной родителями. Они всё решили, а он должен был провести жизнь рядом с занудливой, правильной до мозга костей девицей, которую видел первый раз в жизни. С тех пор с родными он не общался. Со всеми, кроме Лиз.. Та последовала дурному примеру брата, сбежав через пять лет. Найлус тогда уже работал в Спецкорпусе и ни за какие коврижки... черт, опять он использует её слова... никогда бы не завел серьезных отношений. Единственная девушка его расы, с которой он мог общаться – Лиз. Остальные – лицемерные, насквозь правильные, пытающиеся все время строить из себя невесть что... Он никогда не свяжет свою судьбу с кем-либо из них. Так он думал долгих пятнадцать лет. Пока не встретил Рин. Она была полной противоположностью турианкам из высших слоев Иерархии. И поведением, и душой. Нет, она не была грубой, глупой мужланкой, сморкающейся в скатерть. Просто... её манера смеяться, говорить, даже походка выдавали уверенного в себе человека, не пытающегося подстроиться под других. “Не нравлюсь – отвернитесь” – говорил весь её облик. Взять хотя бы её разговор с послом при первой встрече. Она не пыталась изобразить в себе те качества, которых в ней не было. А не было в ней многого – терпения, дисциплины, умения контролировать свои эмоции и много чего еще. Почему же она так притягивает к себе других? Ведь она далеко не идеальна... Притягивает хорошими чертами – умением утешить и поддержать других в тяжелой ситуации, дать дельный совет. Своей откровенностью даже – когда ей смешно – смеется, когда считает кого-то дураком – высказывает свои мысли вслух. И при этом требует от других того же – свободно выражать свое мнение и характер. Именно поэтому её небольшая команда так сплотилась за это короткое время.
Перед глазами Спектра проносились моменты их совместного времяпровождения. Их первый день игры в эти странные “шашки”, её улыбка для него на следующий день и смех – звонкий, заразительный, колокольчиком звучащий на “Нормандии”. Разговор с Советом и поиск улик против Сарена. Её стальной взгляд, когда советник азари позволила себе оскорбить её команду. Разговор с Прессли и Уильямс, опять горящие стальным огнем глаза. Она на Цитадели лежит без сознания, неловко подвернув руку, а из раны на боку сочится кровь. У него тогда все поплыло перед глазами. Голос Кайдена “живая” вернул тогда к жизни его, почти потерявшего сознание от страха, что она умерла. Её побег из лазарета и это “нефиг на мои голые ноги пялиться”. А он ведь тогда действительно засмотрелся... Её решение сегодня плыть по дренажной галерее, небрежно брошенные броня и оружие, легкомысленный взмах рукой и фраза “отвянь”. Долгие минуты неизвестности, а потом голос Тали, сообщающей координаты. Мокрая Рин, отмахивающаяся, как всегда, от упреков, странный сон в логове торианина и песня...её песня... Сейчас, подойдя к дверям кают-кампании, он услышал от Рин то, что они с Кайденом, которого он уже успел возненавидеть, как соперника, просто друзья. Он хотел дождаться ухода её подруги и рассказать все Рин о своих чувствах. Неизвестно, что она подумает, но может быть... В душе затеплилась надежда. Однако следующие слова вернули его в реальность. “Просто смешно”. Действительно, разве может быть иначе – человек и турианец, абсолютно разные расы... Почему же ему так не повезло родиться турианцем? Будь он человеком, он бы мог...