Я почти не провалился. Ведь — два месяца с нашего знакомства!
— Зачем мы все время прячемся, как этакие подростки? Хочу познакомиться с твоей мамой!
— Так я и планировал, — мне пришлось признаться. — Завтра начинаем в моей квартире. Продолжение остается сюрпризом!
Блеф оправдался: о квартире друга договориться опять удалось.
Дома меня ожидала секс-бомба Яна. Стал уже привыкать. По чисто научному любопытству я даже попытался постучаться неправильно, но — стоп! — всему свои пределы: такое нормальной женщине невозможно чисто физически. Это мне нечем было крыть. Ибо — ведь у нормального меня было бы точно так же…
Перед сном Яну постиг строгий разговор. Мы Владе многим обязаны, в нашей жизни все решилось и девка больше не нужна, но — она ведь тоже человек! Как бы Влада ни была безразлична нам с Яной, ей расставание причинит боль, она ж еще ребенок! Короче, ради психотерапевтической процедуры разрыва отношений я выручил себе свободную завтрашнюю ночь, и решение не подлежит обжалованию, Яна должна это понять.
Яна выщупала еще разные варианты решения и не без скандала согласилась понять лучшее из единственного.
И у меня были совершенно свободные сутки с Владой. Я этим наслаждался.
В интимной атмосфере мы пригубляли вино уже с утра, однако не это же акцент нашего юбилея. В завершении половой связи пришло время чему-то новому!
Я Владу приготавливал долго и тщательно. Пока до нее не дошло, что пальцы и язык в глуби детсковатого межъягодичья на этот раз не есть лишь прекрасная прелюдия чему-нибудь другому.
Я вошел неправильно.
Мой оргазм никого не удивил.
Оргазм Влады поразил нас обоих.
В продолжении дня мы еще раз сделали неправильно. Опять зачет!
Это был переворот во Владиной половой жизни.
А потом я, еще до изнеможения источившись во Владе также и правильно, перешел к развязке: я женат, моя семья, правда, рушится, уже годами нет чувств и секса, знакомство с Владой сулило начало новой жизни, но жена ее убила… подло настругав мне отпрыска! Это был последний раз, после знакомства с Владой я больше к жене не дотрагивался! Но — я нехотя Владу обманывал, ибо вначале не казалось серьезно, потом боялся, возьмет ли пользованного, притом от своего ребенка я не отвернусь никогда и… теперь выходит — уже от двоих. И именно от нежданного второго, еще не рожденного, в этот момент уйти никак не могу… Сразу поняв, что это для меня Владу, увы, перечеркивает, я еще не взялся сказать, поскольку она в тот момент потеряла работу, поэтому продолжил обманывать, дабы она не помешала мне обустроить ее жизнь, но теперь я затеял пиршество в честь прощания с нашим коротким и никак не продолжаемым счастьем, и понимаю, что этим все кончено, только одно прошу у Влады: как бы она мне заслуженно не мстила за измену, только не отказом от уже забитого места работы, только не отморожением ушей назло бабушке.
Рвануло словно уральский болид. Три часа я провел в пронзительном сексуальном воздержании, а потом мне было все-таки позволено еще пожить рядом с фригидной женой с младенцем под сердцем, но — после рождения сразу же станем жить вместе! И больше к этой теме не возвращались, ибо все опять и опять было вытеснено чудесным открытием. К утру, право, Влада, садясь осторожно, обязалась пару дней передохнуть. Но лицо сияло краше, чем когда-либо.
Рассказ этим не кончился и не близко, однако — боюсь надоесть, так что пора свести концы, раскрыть мораль и забрать гонорар.
Перетерпев следующие два месяца под моим умеренным материальным и интенсивным сексуальным уходом, Влада начала трудовой путь и не подвела ни меня, ни работодателя, а меньше всего — саму себя: это было действительно замечательное начало ее карьеры. Нет, никакой не великой карьеристики, просто становления самостоятельной и самоуверенной женщиной, которая может независимо выбирать свое личное счастье. Ныне она нашла его в чужих странах и там госпитализировалась, а тогда ее выбор в амбулаторном режиме еще долго падал на меня. Влажью веру в нашу скорую совместную жизнь мне удалось без избыточно болезненных эксцессов превратить в мысль и чувство обо мне как прекрасном эпизоде в пути к еще неведомому настоящему счастью. И мы бурно изменяли Яне еще год с гаком — и до, и после родов, то утром, то вечером… Влада аж умудрилась обплакаться о таком жестком недуге как неудавшийся оргазм.