Тот же крестьянин выкрикнул «Смотрите, лубок!», и часть простонародья хлынула к далёкому дому, где на стене висел пример агитации. Плакат изображал белого медведя с нагайкой, в черкеске и треухе, его задние лапы попирали бурого медведя, гималайского, панду и гризли. А внизу определение этих четырёх: «Недомедведи». Елена немедленно зауважала художника.
Либерал в картузе пустился наутёк, когда к площади приближался звук копыт. Царская карета въехала в градецкие ворота, народ на перекрытых улицах опустился на колени. Карпов приготовил главное (портрет), а Елена применила шпионскую технику. Радиомикрофон из бесшумного арбалета переместился на окно дворца. Скоро услышим, как Вилкин контактирует с властями. Агент-трус повиновался.
Портер не зря действовал под легендой полицейского. На старого Иванова никто не обращал внимания, «иммигранты» (тоже младшие сотрудники) проникали куда угодно. Последние трое засекли подозрительное лицо, а средний сотрудник препроводил к Елене.
Работник кондитерской фабрики напоминал известия из тысяча девятьсот пятого года. Когда кто-то там препирался по поводу политики. Теперь понятно, кто это был.
Синий воротничок сжал картуз на светловолосой голове. Если вкратце, его происхождение непросто. Некто Созонов из Современного мира живёт в стране Евсея уже огромное количество времени. Ему почти не с кем перекинуться в карты, и нечего вкусно поесть. Подчинённый Портера прославился осетинскими пирогами, а у гаврика потекли слюнки. Вместе с отцом он жарил на даче сосиски и шашлыки, а сейчас давно прозябает без этой халявы. Хорошо, что не сладкоежка, кондитер всё-таки. На сомирянина донесли, как он только что искал бинокль. За властями шпионить вздумал! Пока не увидел людей Родиона за похожим занятием.
Шеф уже подключился к общению. Конечно, Созонов слышать не мог.
— Эх, родной две тысячи пятый год, мне всего пятнадцать. В ихнем тысяча восемьсот девяностом что-то там было, успокоится и забыть. А у нас? — Он перечислил некоторые фильмы из названного года. — Ещё много киношек глянул бы. Гости испортили всю лафу.
<<Передайте рассказчику, чтобы не увлекался сослагательным наклонением. Нам достаточно параллельного мира. Надо полагать, ваш чудик наподобие Джеймса Бонда: ему целого мира мало>>.
— В школе мечтал о работе кондитером, кажись, пришельцы подкинули перст судьбы. Ан нет, мой труд на Бугаевской фабрике совсем не творческий. Что ещё? Колоду карт оставил дома.
По его лицу прошла мелкая дрожь от смеха. Старшая сотрудница заметила, что волосы уложены волосок к волоску. Как выяснилось, гаврик часто проходил мимо цирюльни Г. Боброва (то есть нашего Карпова), которая была ему не по карману. А недавно привалило, выиграл в карты. В виде исключения.
— А зачем вам бинокль?
— Глянуть на Агнию Евсеевну. Правду ли толкуют об ейной внешности.
— Жаль, вас сейчас не ударишь разводным ключом.
Созонов в испуге сжал на голове картуз. Елена закатила глаза:
— Ох уж, эти мужики. Один, который секретарь, смотрел в окно и отвлекался на девиц. Вас, кроме картишек и еды, интересует прекрасная мажорка, то есть царевна, больше ничего не нужно. На отце моего шефа вообще негде пробы ставить. Только не поняла, он замутил с Агнией или это всё наговоры?
Вслед за Созоновым она оглянулась на далёкие палаты, с биноклем. В окне не вырисовывалась полноватая рука с лорнетом: Гликерия Царевна за границей, на родине мужа, да и носит теперь пенсне. Чёткий силуэт Агнии Царевны с ясно различимыми ногтищами открыл клавишный инструмент и пропал, к разочарованию Созонова (хлоп по картузу). Шеф хохотнул сквозь наушники:
<<Пора сочинять книгу «Несмеяна против Фреддикрюгерши». Надеюсь, всем понятно, что необычная фраза — просто шутка? Знаю я вас, подкинете глупое идеище>>.
<<Не додумалась бы>>.
<<Старший сотрудник, спросите подопытного касательно фамилии. Больно она знакомая, но в лохматую голову не приходит ни грана мыслей>>.
Собеседник снял картуз и тщательно провёл пальцами по волосам.
— Живу под именем Ореста Зубова. Что, кем был в прошлой жизни? Бывший мажор Валера Созонов, сын депутата Госдумы Дмитрия Созонова, брат мента-сержанта Максима Созонова. Или до чего он дослужился.
<<Товарищ майор он на сегодняшний день, ёшкин кот, — Шеф понимал, что собеседник его не слышит. Но дело не в том. Осознание вызвало протяжный хрип. — Труженик-картёжник Валерий — мой двоюродный брат. Извините, но я вынужден был скрывать!>>.