Глава 8
Встав, мужчина огляделся вокруг. Односельчане, смеясь и переговариваясь, с интересом глядели на него. Для них тоже известие, что их пасечник сидел пятнадцать суток, было неожиданностью. Затем Николай посмотрел на сидящих на диване старушек. В отличие от остальных эти двое знали, что произошло тогда с ним и сейчас еле сдерживались, чтобы самим всё не рассказать.
«А ведь расскажут, – подумал мужчина, – и не просто расскажут, а переврут и приврут. Как пить дать, так всё разукрасят, что замучаешься, потом оправдываться. Уж лучше самому описать те события. И кто только меня за язык тянул. Обещал же участковому никому ничего не говорить. Так нет же, надо было своими пятнадцатью сутками перед старейшинами блеснуть. Отметился на свою голову»
- Значится так, – начал он, – сижу я дома…
- Дон Николай, – нетерпеливо прервала мужчину Елена Сергеевна, – давай лучше я начну. А то ты с середины начнёшь, а самого начала не знаешь. Зато мы, с донной Петровной, находились у самих истоков этого события.
- Ладно, – двинув плечами, произнёс мужчина.
- Отлично, – обрадовалась старушка, которой натерпелось поделиться со всеми так давно и мучительно хранимой тайной, – выходит, дело было так. Собрался участковый в очередной обход по деревням, в плане борьбы с самогонно варением. И как всегда взял с собой своего верного помощника и соратника в этой борьбе Опохмела. И только они собрались приступить к своим обязанностям, как из города нагрянула всё полицейское начальство нашего участкового. А те с собой привезли, на данное мероприятие, своё руководство. Решив познакомить их с работой своего внештатного сотрудника, Опохмела. Ну, значит, и пошла вся эта полицейская верхушка по деревенским улицам, вслед за быком. Однако не везло им в тот день. Никто самогон не гнал и брагой нигде не пахло. Идёт, значит, Опохмел по дорогам мимо дворов нигде не останавливаясь, а начальство вслед за ним. И, когда они уже прошли, таким безостановочным образом, две деревни приезжее руководство начало искоса посматривать на местное начальство, а местное на участкового. А как же иначе, во-первых, им нужны показатели по злостным самогонщикам. И, во-вторых, конфуз перед приезжим начальством. Столь расхваливаемый ими внештатный сотрудник никак не проявлял себя перед столь уважаемыми людьми.
- Это как в басне «По улицам слона водили»? – язвительно прокомментировала Петровна, – но там этим занимались артисты. А здесь быка выгуливала вся полицейская верхушка. Опохмел наверняка о таком эскорте и мечтать не мог.
- Участковый понимал, – продолжала Елена Сергеевна, – что если сегодня они не найдут ни одного самогонщика ему несдобровать. И тогда он выбрал самый стопроцентный вариант, который берёг на самый крайний случай, направил Опохмела к пасечнику. Где-где, а там, он знал это наверняка, медовуха рекой течёт, и знатная. Короче, наш участковый, ради престижа всех без исключения, даже Опохмела, пожертвовал неприкасаемым запасом. И не прогадал! У ворот дома пасечника Опохмел ожил. Последовал его сигнал, в виде оглушительного рёва, и удар рогами по воротам. Тут все, конечно, обрадовались, заулыбались, как же честь мундира сохранена...
- Спасибо, Сергеевна, – прервал старушку Николай, – дальше уж я сам. Я действительно в тот день гнал медовуху в пристройке. Слышу рёв, аж стёкла в окнах задребезжали. Выбегаю на улицу, а там ворот трещат, участковый матерится, пытаясь не дать Опохмелу их разнести в щепки. И толпа полицейских. Всё, думаю, плакала моя медовуха. Раз участковый с собой Опохмела привёл, значит на неё, родимую, облаву устроил. Надо срочно спасать продукт, пока он Опохмела в стадо отправляет. Участковый так всегда делает, иначе бык весь двор разнесёт. Такое уже было, и не раз. Забегаю я в пристройку, хорошо еще, что успел к полицейскому приходу всё прогнать, надеваю защитную сетку, мои пчёлки хотя и смирные, но все равно, осторожность с ними никогда не помешает. И вот, значится, хватаю я наполненную тару и на пасеку. А она, да вы и сами знаете, у меня огромная, улей на улье. Но не все с пчёлами. Посреди них стоят и несколько пустых. Вот в те пустые я и пристроил свою медовуху, пусть теперь попробуют найти.
- Давай, двигаем потихоньку, – прошептал Толик Иге, – пока они этого мужика слушают. Сначала идём к стеночке, а затем вокруг всех к сейфу. И так далее.
- Толик, а давай и мы послушаем, интересно ведь, – сказал Ига другу.
- А тебе интересно, что они с нами сделают, – прошептал Толик другу, хотя и сам был не прочь послушать рассказ мужчины, но дело есть дело. А их задача на этот момент сбежать и как можно незаметнее. Потому как заметный побег точно не удастся, – давай, двигай.