- Терять сознание, милый, ты должен только так, – громогласно произнесла она, – на мне. Ведь я твоя стена и опора.
Парень так и замер, в положении, которое ему придала женщина. Тем более что она слегка, по её мнению, прижимала его к себе, не давая соскользнуть на пол. Однако от этого её слегка Иге катастрофически не хватало воздуха. Но всё же он предпочёл об этом умолчать.
- Клавдия! – возмущённо воскликнул участковый, – немедленно прекрати!
-Что, дон Николай, – язвительно заметила Елена Сергеевна, – родня намечается? А ты своего родственника готов был за решётку отправить.
- Любопытный поворот, – произнёс обескураженный происходящим Фёдор Петрович, – ты гляди, оказывается он у нас Вальдемар. Не по росту себе выбрал имечко, дон Карапуз. И когда ж то вы всё успели, и нас грабить и с девчатами нашими познакомиться?
- Наш пострел везде поспел, – с усмешкой заметил Семён Васильевич, – и, похоже, даже преуспел.
- Не то слово, – произнёс Василий Семёнович, – посмотрите на лицо этого Вальдемара, или как его ещё там зовут. Оно так и светится от этой радостной встречи.
- Только бы он от этой радости подштанники не уделал, – ехидно подметил женский голос из сидящих в помещении деревенских жителей.
- Смотрите, один сам вид наших деревенских девчат сражает мужчин наповал, – раздался громкий возглас среди присутствующих, – даже мошенников и грабителей. Правду говорят, что наши девчата, самые лучшие в мире.
- Это факт! – крикнул кто-то в ответ.
- Миллионер, – оглушительно заорала на всё помещение Дульсинея, влетевшая вслед за Жизель, – ты где?
- А вот и очередь второго пострела наступила, – засмеялся Семён Васильевич, – похоже, он тоже оставил после себя неизгладимое впечатление. Вон как громко его ищут.
- Вот это новость, – удивлённо сказала Петровна, – а дон Фриц, оказывается, не из бедных. А по виду чистый бомж.
- Не бомж, а гопник, – поправила подругу старушка. – О них в Санта Барбаре рассказывали. Той, которая каждый вечер по телевизору идёт. Обрати внимание, как они одеты. Спортивные костюмы и потрёпанная обувь. Только кепок не хватает. Натуральные Санта Барборовские гопники.
- И правда, в вечерних новостях о таких говорили, – согласилась с подружкой Петровна,– а на счёт кепок, так их чулки заменили, прогресс.
- Вылезай дон Фриц, – крикнула, смеясь, Елена Сергеевна, – пришло время делиться. Тебя кредитор ищет.
- И не просто кредитор, – добавила Петровна, – а кредитор женщина. От такого кредитора грех прятаться. Вылезай и посмотри, какая женщина тебя ищет. Она вся сплошной ураган.
- Это ты, донна Петровна, верно подметила, – согласилась с подругой Елена Сергеевна, – и один ураган уже захватил в плен свою страсть. Теперь второй, в поисках своей страсти, ужас на всех наводит.
- Только страсти здесь отличаются, – заметила Петровна, – эта страсть дона Фрица не обнимать, а убивать пришла. И других намерений у неё, по всей видимости, нет, и не предвидится.
- Это верно, – сказала усмехаясь Елена Сергеевна, – у донны Евдокии свой, не менее бешенный, ураган дома имеется. Мужем называется. И он, к тому же, ревнивый до жути.
Дульсинея внимательно всматривалась в каждое лицо, выискивая взглядом Толика. Но парень, укрывшись под столом Василия Семёновича, сидел тихо и дрожал в ужасе. И он никогда в жизни из-под него не вылезет, пока эта женщина находится рядом.
- А вот и инвентарь, – обрадовалась женщина, беря из рук старушки швабру, и вновь позвала, – миллионер, выходи, тебе ничего не будет. Почти.
«Не дождешься, – сидя под столом с закрытыми глазами, мысленно отвечал парень, – я в домике»
- Кому-то несдобровать, – раздался мужской возглас.
- Ну, наконец-то кого-то на кол посадят, – послышался женский голос.
- Евдокия, и ты туда же! – обречённо воскликнул участковый, – немедленно прекрати и успокойся, люди смотрят.
- Милая, ты случайно не это ищешь? – спросил Василий Семёнович женщину, вытаскивая на свет спрятавшегося и дрожащего парня.
- Миллионер , – выдохнула яростно женщина бросившись к дрожащему от страх парню, – ах какая встреча. Я уже и не думала встретиться с тобой.
- Я заплачу, – пролепетал Толик.
- Ты что-то сказал? – спросил парня Василий Семёнович, наклонившись к Толику.
- Я заплачу, – вновь еле слышно пролепетал парень.
- Он всё оплатит, Евдокия, успокойся, – громко произнёс старик.
- Конечно, заплатит, – кричала женщина, размахивая шваброй, – подайте его мне! Я из него этим клиннинговым орудием труда всё выверну, с процентами.
Женщина стремительно приближалась к парню, грозно помахивая шваброй. Толик не видел её, а только слышал голос и приближающиеся шаги. Силы покинули парня, ноги не держали. И от падения его удерживали только крепкие руки державшего его старика.