- Всё, хватит, – неожиданно раздался в помещении громкий командный возглас Фёдора Петровича, – приказываю немедленно прекратить балаган. Я не потерплю здесь никакого самоуправства. Немедленно все по местам и успокоились.
- Но батя! – укоризненно воскликнула Дульсинея.
- Не отдам, – так же обиженно произнесла Жизель.
- Немедленно положи его на место и присядь, – подал голос участковый.
- Клавдия, Евдокия, быстро сели и оставили в покое этих персонажей, – грозно приказал женщинам старик, – я с вами потом поговорю. А с вами, многоуважаемые грабители у меня будет серьёзный разговор, прямо сейчас.
- Мне жаль вас, – сказал парням Василий Семёнович, – похоже на то, что вы, молодые люди, нашкодили не там где этого делать, совсем не стоило.
- Да уж, – зловеще произнёс Семён Васильевич, – и чьё-то предложение о посадке на кол, было самым безобидным вариантом.
Жизель бережно опустила на стул Игу и присела рядом с тётей. Толик, на ватных ногах, шатаясь приблизился к другу и сел рядом.
- А теперь, – угрожающим тоном произнёс Фёдор Петрович парням, – вы мне всё расскажите. И в подробностях.
- Не наседай так на юношей, дон Петрович, – крикнула Елена Сергеевна, – дай им хоть в себя прийти.
- Думаю, – заметила Петровна, – нашим налётчикам сейчас не разговор требуется, а психолог.
- Ничего, – сказал Фёдор Петрович, – я им и за терапевта, и за психолога побуду. Они у меня даже мать родную вспомнят.
После этих слов Дульсинея и Жизель встревожено переглянулись между собой.
- Батя, – произнесла Дульсинея, но после строгого взгляда отца в её сторону поправилась, – Фёдор Петрович, не стоит их так уж скрупулезно допрашивать. Просто у нас с молодыми людьми вышло лёгкое недопонимание. Так, ничего серьёзного. Сами должны понимать, дело молодое.
- Деда, я тоже согласна с тётей, – и себе крикнула Жизель, – это наше дело, не ваше.
- Это мне решать, – заявил в ответ старик, – и вам, обеим, лучше помалкивать.
- Похоже, для вас, – сказал парням Семён Васильевич, – дело принимает неожиданный поворот. Примите совет, расскажите всё по-честному, без обмана. Что-что, а из-за вранья Фёдор Петрович может ещё сильнее осерчать.
- Лучше ты, – прошептал Ига другу, – у меня не получится. До сих пор отдышаться не могу.
- Думаешь, я могу, – ответил шёпотом Толик, – сам ещё ни как не могу в себя прийти.
- Но говорить то придётся, – заметил услышавший шёпот парней Семён Васильевич, – и лучше тому, у кого язык хорошо подвешен.
- Давайте, не стесняйтесь, – сказал друзьям Василий Семёнович, – все ждут.
Толик осмотрелся вокруг. Все присутствующие с интересом смотрели на грабителей. И только несколько человек смотрели на них иначе. Старушки с сочувствием, а Жизель и Дульсинея с опаской.
- Чтобы вам всё было понятно, – сказал парень, – мне придётся начать с самого начала.
- Ничего страшного, – сказал ему Фёдор Петрович, – мы вас внимательно выслушаем.
- Да, и ещё одно, – пролепетал Ига, – это всё наша вина, и только наша. Девушки ни в чём не виноваты.
- Ты посмотри, а дон Карапуз, у нас ещё и благородный ловелас, – произнесла Елена Сергеевна.
- Ага, джентльмен, – подтвердила Петровна, – видать и вправду ему есть, в чём винится. Никогда бы не подумала, что твой дон Карапуз в состоянии девушкам голову морочить. Он же мелкий и неказистый. Невзрачный какой-то.
- Много ты понимаешь, донна Петровна, в амурных делах. Сейчас и на такого мужичонку спрос имеется. Слышала, как он недавно утверждал, что является мужчиной в самом расцвете сил.
- А мы ещё никого не виним, – заметил Василий Семёнович, – пока. Вы рассказывайте, рассказывайте. И, смогу вас заверить, мы по достоинству оценим вашу вину, если она имеется.
«Мало мне было сейчас стресса, – подумал Ига, – теперь наверняка ещё добавится. Толик и зачем тебе надо было грабить этот банк. Да и я тоже хорош, согласился на эту авантюру. Хотя, если бы был тогда трезв, вряд ли на это подписался. Сам виноват, надо было не пить с юристом и агрономом. Теперь вот сиди и расхлёбывай последствия»
Толик вновь посмотрел вокруг. Людей вокруг становилось всё больше и больше. А он даже и не заметил этого. Что же они с ними сделают, когда узнают об их с Игой похождениях. Вряд ли деревенские жители жалуют городских. А таких авантюристов и подавно. И вновь безвыходная ситуация. И он, вдохнув побольше воздуха, собрался с духом и заговорил.